Привести в исполнение

Исправно работали мясокомбинат и колбасный завод, хотя, куда девалась их продукция, оставалось для всех загадкой. В роддомах появлялись на свет новые жители, в системе спецобъединения коммунальных услуг завершали свой путь старые. Выходили на маршрут карманные воры и милицейские бригады по борьбе с ними. Обильные и неимоверно дорогие базары обходили важные участковые и шустрые оперативники. Торопился утром к станкам, а вечером по пути домой терся в очередях рабочий люд. Прилетали с разными опозданиями самолеты и приходили старые, подлежащие списанию по ветхости поезда. Чаще, чем обычно, их ожидали Беймураз Абдурахманович со своими подчиненными, встречая похожих друг на друга пассажиров — молодых, крепких, почти без багажа. Прибывающих поселяли в гостинице МВД, после чего те сразу же включались в работу по реализации розыскных дел «Дурман», «Кочевники» и «Трасса».

Однажды вечером Беймураз Абдурахманович подогнал автобус прямо на взлетную полосу аэропорта к трапу выполнявшего спецрейс «ЯК-40». Четырнадцать накачанных, коротко стриженных парней мигом забросили в салон с тонну снаряжения, среди которого опытный глаз без труда распознал бы зачехленные автоматы «АК-47» и «АК-74», мощные снайперские самозарядки Драгунова, новейшие защитные костюмы «Мираж», «Комплекс», «Система». Были здесь и импортные микрорации, и ящики с гранатами, дымовыми шашками, газовыми зарядами. Натягивая поводки, ворвались в автобус четыре молчаливые овчарки, настороженно косящие в сторону незнакомого человека. Беймураз Абдурахманович опасливо подобрал ноги. В Предгорск прибыла единственная в Союзе особая группа захвата «Удар», которая ставила точку в истории наиболее опасных банд, вооруженных группировок, кровавых бунтов заключенных и особо «выдающихся» террористов.

Но перехваченный в ту же ночь телефонный разговор отсрочил введение в действие «Удара» и перебросил внимание всех задействованных в операции лиц к Тиходонску.

Викентьев сидел у себя в кабинете и оформлял ведомость оплаты на исполнение, когда дверь тихо раскрылась и так же тихо закрылась, пропустив Ивана Алексеевича Ромова.

— Здорово, Михалыч, — буркнул он. — Вот пришел за пенсией, думаю, дай загляну. Как ты тут живешь-можешь?

— Да ничего… Вроде нормально… — Викентьев удивился. Он был уверен, что Ромов смертельно обижен и станет обходить бывших коллег за квартал. — А ты-то как?

— Отлично! Все время в саду, на воздухе, сплю хорошо, утром зарядочку делаю. Глянь, румянец появился!

Наполеон ткнул пальцем в обвисшую щеку.

— В общем, не нарадуюсь. И старуха рада, даже пилить меня перестала. Дурак, что раньше не плюнул — и на отдых!

Наступила пауза. Викентьеву надо было заканчивать документ, да и настроение не располагало к душевным разговорам.