Притворись моей женой

Она не просыпается даже когда я стягиваю с неё обувь и расстёгиваю платье. По-хорошему надо его с Тани снять. Но вдруг она опять начнёт меня обвинять в том, что я её домогаюсь?

Всё-таки Таня просыпается, и сама стягивает платье, заворачиваясь в одеяло, и не забывает хлопнуть по невидимой границе между нашими половинками большой кровати.

– Отсюда начинается моя территория, – сонно бормочет она, даже не открывая глаз.

– Да помню я, помню, – говорю я и спрашиваю: – Тань?

– М-м-м? Я хочу спать…

– А ты на самом деле меня ненавидишь?

В ответ я слышу только тишину, которая красноречивее всяких слов. На душе у меня становится ещё тоскливее и гаже. Но Таня вдруг говорит:

– Нет. Я это уже переросла. Как говорила моя бабушка, болезнь у всех только вот тут, – Таня стучит пальцами по моему лбу. – Короче, я уже давно не загоняюсь на эту тему. Тем более, это был толчок к работе над собой. В итоге я стала такой, как сейчас. А быть такой, как сейчас, мне нравится. Всё, Медвежонок, давай спать…

Таня опускает свои пальчики. Я перехватываю их, целуя, и зажимаю в своей ладони. Таня не вырывает свою руку из моей. Меня покачивает на волнах невероятной нежности. Я замер без движения, чтобы не спугнуть такой хрупкий момент. Удивительно, но иногда даже держаться чьих-то кончиков пальцев кажется жизненно важным.

Растолкать сонного Родиона, чтобы он выпустил меня из своих медвежьих объятий, оказывается невероятно сложно. Я кое-как изворачиваюсь в кольце его рук, чтобы посмотреть на его лицо и понять, притворяется он или нет. Безобразник Родион самым наглым образом ночью переполз на мою половину кровати и захватил меня в свой плен. Стиснул так крепко, что даже дышать тяжело. Я задираю голову кверху, разглядывая лицо Родиона. Кажется, не притворяется. Спит. Но даже во сне его мимика невероятно живая. Он то хмурится, шевеля бровями, то немного улыбается. Одно выражение лица сменяется другим, как кадры киноленты. Но вне зависимости от выражения, лицо Родиона сейчас выглядит спокойным и умиротворённым.

Родион сонно тянется вперёд, вжимая меня в себя. Чёрт… настоящий медведь. Так и задушить недолго! Я пытаюсь выбраться и нечаянно задевая бедром эрегированный член Родиона. Конечно, Родион опять завалился спать без трусов. Вот только этого мне не хватало! То есть, не хватает, конечно. Секса много не бывает, но чёрт…

– М-м-м? – сонно бормочет Родион, хмурясь после того, как почувствовал щипок. Он недовольно трёт грудь: я ущипнула его за неё.

– Если ты проснулся, будь добр, верни мне способность дышать.

– Дыши! Я же не похитил весь воздух и не запер его в сейфе…

– Не прикидывайся, Родя. Ты меня прижал лицом к своей груди.

– Бу-бу-бу, – передразнивает меня Родион перед тем, как разжать объятия.