Притворись моей любовью

Едва впереди выступили очертания Ионеля, а за ним резкими линиями на фоне розовеющего неба нарисовались башни и донжон Академии, Доментиан свернул к скалам у моря. В крылатой ипостаси он ни перед кем появляться не желал, поэтому дальше пришлось идти пешком. Я попыталась его убедить, что неважно как он выглядит, но он сразу пресёк этот разговор. Его раздражение и протест, словно порыв холодного ветра, коснулись моей души, но быстро пропали. Я уже поняла, он намного лучше считывает мои эмоции, чем я его. Но я научусь, дорасту, обязательно дотянусь до его уровня.

Перед воротами Академии я немного занервничала, но Доментиан сохранял невозмутимость, как и всегда. Студенты, прогуливающиеся по парковым дорожкам, глазели на нас, шептались за спинами. Ничего не изменилось, но мне было всё равно. Потому что изменилась я. Даже улыбнулась от такой мысли, посильнее оперлась на руку Доментиана и успокоилась. Его присутствие, его тепло, его уверенность — всё это было моим щитом. И я знала, что с ним я справлюсь с чем угодно.

В холле Академии мы ещё раз проговорили заученную речь: отсутствовали из-за похорон матушки Доментиана. А если кто заметит наши синяки, то это оттого, что экипаж перевернулся.

— Пожалуйста, я хочу увидеть Рудио! Я быстренько.

Доментиан возражать не стал, через пол-Академии проводил до женского крыла. У двери комнаты, прежде чем отпустить, Доментиан внимательно посмотрел мне в глаза и загадочно заулыбался.

— Ну поболтайте. Обо мне. И о всяком. — Он подмигнул. — Буду ждать у себя.

Доментиан неторопливо развернулся и ушёл, оставив меня в растерянности. Что на него нашло?

Я открыла дверь, и визги Рудио резанули по ушам. Она вскочила из-за стола, смахнув все тетради на пол, бросилась ко мне и так сильно обняла, что синяков, кажется, у меня добавилось.

— Вернулась! — завопила она. — Ты пропала, я даже не знала что и думать. Была, была, раз — и нет. И демона нет. Аллет сказала, он прислал письмо, что вы ненадолго уехали. А я же знаю, ты бы меня предупредила. А Конлет тоже куда-то делся. А потом ещё твой отец ругал меня. А я не знала как правильно поступить. И рассказала ему про сделку с демоном. А тебя всё равно не было. И… и…

От избытка чувств и недостатка слов Рудио замахала руками, часто-часто заморгала, пытаясь остановить подступающие слёзы. Пока она не разревелась, я обняла её, усадила на кровать.

— Всё хорошо, Рудио. — Я села рядом. — Успокойся.

— Ты где была? — шмыгая носом, спросила Рудио.

Я вздохнула. Как тут всё пересказать, снова погрузиться в те кошмарные дни? Но привычный вид нашей комнаты: мои вещи, так и оставшиеся лежать нетронутыми, беспорядок на половине Рудио с фантиками и разбросанными платьями, знакомый вид из окна, придали решимости.