Притяжению вопреки (СИ)

К чему эта бравада, не понимала Анита. Какая-то уж совсем безрассудная дерзость. Зато она нервничала за них обоих, мысленно прикидывая, чем можно вооружиться, если вдруг дело примет серьёзный оборот. Не дай бог, конечно, но надо быть готовой. Эйс ведь драться совсем не умеет. Даже от её непутёвого Вани в этом больше толку. Впрочем, не сейчас. Сейчас он и на ногах не стоит.

— В ваших интересах сделать всё, как можно скорее. Иначе последствия будут самые плачевные, — начал терять терпение Рассохин.

— Сделать — что? Восстановить данные на компьютере вашего Лившица? — уточнил, не скрывая усмешки, Эйс.

— К сожалению, не только. Эти идиоты… программисты… решили, что смогут на рабочем месте разобраться. Вскрыть диск или что там они хотели… А в итоге вышла из строя вся корпоративная сеть. То есть практически все компьютеры, кроме тех, что не были подключены к сети. Тридцать с лишним единиц. Всю ночь они пытались как-то… исправить ситуацию. Но не смогли.

— Ну ещё бы, — хмыкнул Эйс. — Это и невозможно.

— Что значит — невозможно? — нахмурился Рассохин.

— То и значит. Данные с повреждённых компьютеров уничтожены и восстановлению не подлежат. Как и мой диск, к сожалению.

— Что? — прошипел Рассохин. — Да ты… ты хоть, понимаешь, щенок, что ты натворил? Во всём офисе работа попросту встала. А каждый час простоя — это деньги. Упущенные деньги. И немалые.

Анита, пожалуй, впервые видела, как безопасник Лившица вышел из себя. Значит, и он не железный.

— Тогда, боюсь, вас ждут большие убытки, — пожал плечами Эйс. — Поймите, даже если б я захотел, ничего бы сделать не смог. Что исчезло — то исчезло. Всё. Надо это осознать и как-то жить дальше. И, кстати, почему это — я натворил? Не припомню, чтобы я вам предлагал выкрасть мой ноут или цеплять мой диск.

Рассохин, стиснув челюсти так, что выступили острые желваки, медленно двинулся на него.

— Я вызову полицию! — предупредила Анита, выступив вперёд. — И буду кричать на весь дом! Все соседи сюда сбегутся…

Безопасник едва ли удостоил её взглядом, бросив сквозь зубы.

— Ему это не поможет. Сейчас ты, щенок, поедешь со мной. Без разговоров. Не хочешь по-хорошему, будет, значит, по-плохому. И… я не знаю, как, каким образом, но ты вернёшь всё, восстановишь всё, как было. Вернёшь, вернёшь… Ты же у нас гений, вот и думай, что можно сделать. Иначе ни тебе, ни ей, ни её ничтожному братцу не жить. А я, имей в виду, словами не разбрасываюсь.

Эйс ободряюще приобнял Аниту за талию. И со спокойной серьёзностью произнёс:"

"— Ваша беда в том, что вы только собираетесь действовать, когда я уже сделал всё, чтоб эти ваши действия были не просто бесполезны, а вам же во вред.

— Что? — не понял его Рассохин.

Да и Анита тоже не поняла.

— Не пытайтесь перехитрить того, кто на всяких хитростях собаку съел.