Пристроить шпиона

А я в ступоре смотрю на его руки.  Лунки ногтей красные.

- Леш, меня стошнит сейчас, - честно предупреждаю , ощутив рвотные позывы.

Лешка замирает, смотрит на меня своим неподвижным змеиным взглядом, потом отвечает тихо и ровно:

- Терпи, сейчас отъедем, встану в переулке.

После этого он спокойно заводит машину и так же спокойно, неторопливо, выезжает с парковки.  Я, стараясь отвлечься, стараясь отключить голову от только что увиденного, только что пережитого, смотрю в окно, на весеннюю Москву.  Открываю окно, подставляя лицо свежему ветру.  Пытаюсь лишний раз не сглатывать, потому что ком в горле все еще стоит. И пытаюсь не смотреть в сторону водителя. Слишком страшно.

Лешка слишком страшен в этой своей повседневности. Словно и не произошло ничего, мирно ведет машину, глядя строго перед собой. Но вот есть у меня ощущение, что он каждое движение отслеживает.  Словно я в клетке с дико опасным зверем нахожусь, и малейшее мое действие повлечет за собой… смерть.

Фонари больно бьют в глаза, до слез.  Смаргиваю, ощущая потерю четкости картинки, но слезы появляются опять. И текут по щекам, безвозвратно портя уже и так сильно подпорченный макияж.  Смотрю на свои коленки, обтянутые невероятным, дорогущим платьем. И на руки, сжимающие сумочку. Костяшки белые от напряжения. Надо разжать. Надо успокоиться… На платье капают слезы, окрашенные черным. Портят тонкую ткань… Хотя, наверняка, по подолу она уже испорчена. Кровавыми брызгами.

Не удерживаюсь, кошусь на длинные пальцы Лешки. Красные лунки, под ногтями – запеченная кровь…  Кто он? Кто?  В эту минуту становится кристально ясно, что Лешка – вообще не тот, за кого себя выдает. Любой, даже самый дорогой охранник не сделает того, что сделал он совсем недавно. И это я не про драку с превосходящими силами противника! Я про другое совсем. Он так спокоен, этот парень, про которого я была уверена, что знаю многое. Знаю, как он поступит в той или иной ситуации… Парень, который целовал меня, обнимал, шептал такие горячие, неправильные вещи… И был по-своему предупредителен и нежен.  А потом убил нескольких человек. Уже и без того лежащих без сознания. Беспомощных, по сути.  Зачем?

- Зачем ты их убил? – вопрос вырывается помимо воли."

"Пожалуй, я сейчас вообще не хочу знать, зачем он их… Что мне это даст? Ничего. Абсолютно ничего. Но спрашиваю, потому что не могу не спросить.

- Так надо было, - после небольшой паузы, равнодушно отвечает Лешка, потом косится на меня, - ты как? Перестало тошнить?

- Не знаю… - я и в самом деле не могу сказать, прошло, или нет. Ком в горле остался, но слезы сделали свое дело, мне стало легче. – Кому надо было?

Лешка опять режет меня холодным взглядом, затем просто отворачивается к дороге.  Не будет ответа, значит.