Пристроить шпиона

Словно здоровенный питон смотрит на меня через стекло. И я для него – лишь добыча…"

"Лешка осматривает меня, быстро, но тщательно, кивает удовлетворенно, не найдя видимых повреждений и следов насилия, мотает головой на выход.  Я подбираю полы платья и торопливо следую приказанию.  Никто из нас не издает ни одного звука, все происходит в полнейшем жутком молчании. И только тот бандит, что первым почувствовал на себе Лешкин гнев, хрипит у стены.  Я прохожу мимо Вози, старательно не глядя на него, мимо неподвижно стоящего Лешки, наклонив голову, топаю к двери… И ощущаю за спиной легкое шевеление.  Разворачиваюсь и успеваю заметить, как Лешка нагибается у того бандита, что упал на стеклянный столик, и коротким экономным жестом бьет его ножом в горло. Сглатываю, скольжу взглядом по Вовке и второму бандиту, у стены. Последний уже не стонет. Только ноги подергиваются чуть-чуть.  А Вовка и вовсе лежит неподвижно.  Лешка поднимается, ловит мой взгляд, хмурится, торопливо прячет нож, совсем небольшой, несерьезный, идет ко мне, стараясь загородить обзор на происходящее в комнате.

- Не смотри, - командует он, - выходи быстрее. Если кто пойдет по коридору, улыбайся.

Я подчиняюсь.  Улыбки, правда, не получается, перед глазами стоит ужасающая картина лежащих на полу бандитов. Кровь, остановившиеся взгляды. Подергивающиеся ноги. Короткий удар ножом.  Холодные, мертвые глаза из-за очков.  Это мой Лешка? Да? Тот самый, что только что, буквально десять минут назад, обнимал меня, целовал, трогал так властно и нежно… Это все – тоже он?  Понять такое сложно, непостижимо просто.  И потому я стараюсь избавиться от ненужных сейчас образов и мыслей и сосредотачиваюсь на словах Лешки. Идти спокойно, улыбаться…  Иду. Улыбаюсь. Не представляю, как именно выгляжу сейчас, но стараюсь. Очень стараюсь!  А внутри – все мерзлое. Все ледяное.

Лешка догоняет прямо возле входа в зал, поворачивается, незаметно пряча влажную салфетку, всю в красном, в карман.  Меня эта влажная салфетка вгоняет в дичайшую дрожь, но Лешка, уловив начинающуюся истерику, мгновенно останавливает ее.  Он наклоняется ко мне и говорит жестким, четким тоном:

- Сейчас – на выход, прямо к стоянке. Молча. Если кто тормозит, киваешь, улыбаешься и машешь. Все. Поняла? Я – следом.

Я открываю рот, чтоб спросить… Непонятно, что, но мне это надо. Просто голос свой услышать. Убедиться, что еще могу говорить.  Но Лешка спокойно останавливает:

- Я – следом. Я – рядом. Не волнуйся. Иди.

И я подчиняюсь. Опять.  Иду, ощущая его присутствие за спиной. И это, несмотря на увиденное только что, дает силы двигаться.

23. Алина. Ты похожа на своего отца...

В машине Леха привычно определяет меня на переднее пассажирское, так же привычно перехлестывает ремнем безопасности.