Пристроить шпиона

Хорошо так виснет, и, судя по всему, давно уже.  А ты не теряешь даром времени, да, охранничек мой?  То есть, пока я тут еле сдерживаюсь, чтоб не стошнить, ты лапаешь других девок?

Становится мерзко. Если до этого я думала, что поганый язык Вовки в моем рту – это самое отвратное, что может быть, то сейчас понимаю, что вообще неверно уловила градус. И он способен еще повыситься.  И повышается. Настолько, что терпеть больше нет сил и возможности.  Разворачиваюсь  и быстро иду в сторону выхода.

Всему есть предел. Я хорошо отыграла, я могу выдохнуть. Да и рот прополоскать надо, а то тухлятиной прет.  И умыться, пожалуй…  Не особо из меня сегодня Принцесса, похоже.

19. Алина. Не платье делает принцессу Принцессой

Зал, снятый для проведения Весеннего бала, находится на первом этаже пафосного здания, новодела под старину. С колоннами, переходами, анфиладами комнат и прочими атрибутами «дорого-богато».

Туалеты тоже относятся к этой категории. Я быстро иду по длинному коридору, сначала полностью погруженная в себя, злость душит так сильно, что не замечаю преследования.

А оно есть.

Чем дальше от шума большого зала, тем тише становится, толстый ворс длинной ковровой дорожки приглушает шаги.

Поначалу мне встречаются люди: охрана, официанты, такие же искатели туалетных радостей, как и я.

Иду, предусмотрительно подобрав длинный подол платья. Еще грохнуться только не хватало для полноты картины сегодняшнего чудесного вечера.

Перед глазами – возмутительная сцена висящей на моем Лешке девки. И его ладони у нее на заднице.

Точно на заднице, я же не слепая, я все видела!

Господи, никому нельзя верить, никому!

Отец предал, кинул в пасть зверям, парень… Хотя, какой он мне парень?"

"Никакой! Мы с ним ни о чем не договаривались! И о верности, в том числе. О какой, кстати, верности может идти речь, если я практически замужем? Хотя, судя по Лешкиным словам и вопросам тогда, в спальне, мысль о том, что я могу заниматься сексом с Вовкой, его бесила.

Интересный поворот, то есть, мне – ни-ни, хотя у меня на то все права и основания, а ему – вперед и с песней? А не пошел бы он!

Я иду, нервно перебирая ногами, старательно смотрю вниз, на остренькие каблучки блестящих туфель, кусаю губы в гневе и ярости, держу спину ровно.

Не Принцесса, но и не простушка, которую можно вот так вот… Вот так вот…

Смаргиваю злые слезы, опасаясь сорваться и уйти в истерику. Мне нельзя. Мне надо умыться и выйти обратно в зал веселой и прекрасной.

И провести отличный вечер, мать его!!!

Увлеченная планами мести и собственными переживаниями, я не замечаю, что уже давно проскочила туалеты и,  вообще, народу навстречу все меньше и меньше попадается. Похоже, я куда-то в подсобные помещения иду.

Оглядываюсь нервно… И сердце замирает.