Пришельцы

 — С головкой непорядок…» — Прошу, закройте рот, — будто очнувшись, попросила Соломина. — Ваши золотые зубы мешают сосредоточиться.

Полковник оценил ее непосредственность: как возможно было прожить с ней целых восемь лет?! Бедный Поспелов…

— Закрыл, — сказал он. — Дышать позволите?

— Георгий стоит на балконе, с ружьем, — снова заговорила она, будто бы находясь в трансе. — За спиной… Не вижу, кто за спиной. Какая-то тень… И мертвецы, мертвецы! Они стреляют! И Георгий стреляет! Битое стекло, женский крик… Ружье упало в воду! Но он жив! Вижу, как стоит за стеной, на руке кровь… Все, больше ничего.

Заремба побродил взад-вперед вдоль стола, склонился к Соломиной, оперевшись на кресло.

— И это все вы так прямо и видите?

— Да, вижу… Только нужно сосредоточиться. Очень сильною. Вам это не понять!..

Трудно и объяснить… Надо почувствовать его, ощутить прикосновение, услышать, как он дышит… И тогда открывается зрение. В ее глазах стояла боль…

— — Может быть, я чем-то смогу помочь вам? — пожалел Заремба Помочь? Устройте мне встречу с мужем! Прошу вас! Хотя бы на несколько часов!..

— Простите, не могу.

— В таком случае, не говорите ничего, — без обиды попросила она. — Вы же сможете срязаться с Георгием и спросить, было ли все, что я видела. Сможете?

— Вы сами убедитесь, что я не обманула. Все это было, и я видела.

— Значит, мертвецы шли по воде? И стреляли?

— Считаете, это возможно?

— Не знаю… Наверное, для мертвецов все возможно, — вяло предположила Соломина. — Меня интересует только мой муж!

— Ничего вы не понимаете, — выложила на стол несколько листков бумаги из записной книжки. — Когда получите подтверждение — передайте Георгию вот это. Здесь все написано. День, час и место, которых нужно опасаться. Нужно избегать! Особенно вот этот день! Вот, двадцать девятого октября… Двадцать три часа десять минут… Пусть не подходит к воде! Ни в коем случае! Ему ничего не угрожает ни дома, ни в лесу. Но у воды его ждет смерть! Передадите?

— Непременно! Завтра же, с утренней почтой!

— И еще вот, обратите внимание, — она вытащила листок. — Семнадцатого июля, девять часов двадцать две минуты утра.

— Запомнил, — чувствуя себя неуютно, проговорил полковник. — Это не трудно… Не волнуйтесь, я все передам.

— Спасибо и за это… А не могли бы сказать: где сейчас мой муж? Не называйте города, хотя бы в какой стороне? Мне это важно.

— В южных областях, — неопределенно сказал Заремба. — На юге.

— На юге? Странно… Хорошо. Я еще приду к вам. Мне кажется, мы еще встретимся, и не один раз.

— Да, разумеется! — согласился он, провожая к двери. — Буду рад! А кто вы по профессии, если не… тайна.

— Я? Я просто очаровательная женщина.

— Разве этого мало? — улыбнулась она и погрозила пальчиком.