Пришельцы

Но пока мы зря теряем время.

— Какой вы… толстокожий, непрошибаемый, — горько вымолвила она. Полковник Луговой совсем не такой, как вы… Скажите, женщина, которая живет сейчас с Георгием — смелая женщина? Способна на самопожертвование?

— Безусловно! Она очень мужественная женщина!

— Кошмар… Как Жоре не повезло. Рядом — мужественная женщина. Ужас.

— Что, плохо? Опять плохо?

— Жалко Георгия. Жить с мужланкой невыносимо. Вы же сказали мужественная?

— Нет, она женственна… Что вы, собственно, хотите? — Заремба начинал злиться.

— Защитить Георгия от опасности. Мне стало известно, в какие дни и часы ему угрожает опасность. А защитить его могу только я. Или женщина, готовая к самопожертвованию. «Ах, какие пылкие слова и речи! — про себя позлорадствовал полковник. — Где же ты раньше была, защитница…» Успокойтесь, сударыня, — однако ласково сказал он. — Его защитят, если он сам не сможет защитить себя.

— Вы в этом уверены?

— Но как? Ни Георгий, ни его… женщина не знают опасных дней!

— Если бы я не узнала — не пришла…

— Составляете гороскопы?

— Нет… Я стала чувствовать, когда его поджидает опасность. Когда и где. — Она посмотрела глазами чистыми и пронзительными. — Вижу картины… И знаю, что так будет! Это картины из будущего! Поверьте мне, я не обманываю. И должна быть с ним, хотя бы в эти часы.

Полковник Заремба занимался разгадкой феноменов, хитросплетениями обстоятельств, отдающих мистикой, одним словом, вещами запредельными и малопонятными, однако слабо верил в способности экстрасенсов, гадалок, предсказателей, и особенно — подобным ясновидящим экзальтированным особам. Прокапризничала «Мисс Очарование», прохлопала, упустила мужа, и теперь правдами и не правдами стремится заполучить назад, купить, провести на мякине, стать нужной, сделать его, зависимым от ее «феноменальных способностей».

Женская логика и способы старые как мир…

— Вижу, не верите мне, — определила Соломина. — Хорошо. Все же очень просто проверяется! Я скажу, что уже было с Георгием, когда он стоял в шаге от гибели.

А вы его спросите, так ли все было. Сейчас я опишу все как было. Сейчас… Это уже в прошлом, поэтому нужно вспомнить.

Соломина откинулась на спинку кресла, прикрыла глаза. Заремба слышал и не такие россказни, поэтому ждал терпеливо, готовясь опровергать. Опасностей, ставящих под угрозу жизнь фермеров в Горячем Урочище, пока еще не наблюдалось. Иначе было бы немедленно доложено.

— Окно раскрыто, шторы опущены… Балконная дверь! Да, открыта балконная дверь!

— не поднимая век, заговорила она. — Почему-то под балконом вода… Шторы полощатся на ветру… По воде идут люди, много людей. Нет, не люди призраки, мертвецы! Кричат что-то!.. «О, плохи твои дела, мадам, мысленно пропел Заремба.