Пришельцы

А от Дианы я была просто в восторге! Какая утонченная женщина, какой изобретательный ум. И очарование!.. Ты мне сделал приятное! Спасибо. Иногда ты мне нравишься, особенно если хочешь что-нибудь вытащить из меня и проявляешь наивную хитрость, играешь словами или… руками и губами. Я люблю грубых мужчин, а ты умеешь в такие минуты быть ласковым и грубым. И я немного забываюсь.

— Растаю от комплиментов!

— Честное слово, я научила бы тебя, как избавиться от бессонницы, но ты не примешь мой совет.

— Посоветуй, может и приму!

— Бесполезно… В начале успокоишься, но потом такие тебя кошки заскребут — застрелишься!

— О! Заинтриговала. Говори!

— Ладно, — она сама сейчас напоминала мягкую кошку. — Пока о катастрофе ничего не известно, доложи своему Цыгану, что агент Рем перевербована, давно работает на противника и ты взял ее с поличным во время передачи информации.

И тебе удалось расколоть предателя, который и сообщил, что на борту военнотранспортного самолета среди груза находится взрывное устройство с большим зарядом. Теперь уже можно: катастрофа произошла. Ты первый поднимешь тревогу и потому станешь первым, а не последним, то есть крайним. Сам избавишься от беды и спасешь начальника своего.

Он выслушал Машу с большим вниманием и неожиданно погладил ее руку.

— Резонно, Машенька. Ты умница… Но я должен, в таком случае, немедленно сдать тебя, переправить в Москву, и чтобы ни один волосок с твоей головы не упал.

— С волосками труднее, — заметила она. — Твоя эта сучка попортила мне прическу…

А в остальном — да. Разумеется, сдать.

— И ты думаешь, я смогу это сделать?

— Ну если не сможешь — не знаю, как и помочь тебе.

— Что-то я не понимаю: ты авантюристка или мазохистка?

— Ни то и ни другое, Георгий, — Маша взяла его руку и дотронулась ею до своей груди — ошутился твердый сосок. — Скорее, я нимфоманка… А вообще, я Диана, вскормленная волчицей.

— Любопытный образ, — оценил он. — Оригинальный… Только какая Диана? Героиня Лопе деВега или богиня охоты?

— Богиня охоты и трехдорог. И еще — олицетворение Луны. Люблю ее изменчивый, призрачный свет, очарование теней и скрытых страстей.

— И как же тебя сдавать, такую дуреху?

— Молча, стиснув зубы и думая о чем-нибудь приятном. Точно так же, как если бы ты закапывал человека живьем.

— Не смогу, — признался Георгий. — В самый последний момент рука не поднимется.

— Жаль, что не смогу?

— Да нет, жаль, что ты слабый человек. И робкий, не уверенный в себе мужчина, — она продолжала ласкать себя его рукой. — Я вас всех презираю. Вы не способны уже ни к чему, пресные, рафинированные люди. И чувства у вас точно такие же. Вообще вы потеряли право на жизнь и обязаны освободить жизненное пространство для людей, сильных духом, для молодой, дерзкой и азартной нации.