Вечная принцесса

 — Известен ли вам, доктор Пуэбла, их взгляд на сложившееся здесь положение?

— Прежде всего могу сказать, ваше высочество, — сказал он, гадая, как много может ей открыть, — что королева Изабелла озабочена вашим здоровьем. Она поручила мне расспросить вас о вашем самочувствии и доложить ей.

Тень мелькнула по лицу принцессы.

— Я сама напишу моей матушке королеве.

— Она горит желанием знать… — начал он, имея в виду все тот же злободневный вопрос.

— Я доверюсь только моей матушке.

— Это вопрос первостатейной важности, ваше высочество, — сказал он без обиняков. — Не имея соответствующих сведений, мы не можем приступить к обсуждению вдовьей части наследства и прочих весьма важных вопросов.

Она не вспыхнула, как он опасался, только склонила голову и произнесла:

— Я сама напишу матушке, — давая понять, что не принимает его совет во внимание.

Стало понятно, что большего от нее не добиться. Ну, по крайней мере, священник полагает, она беременна, а уж тот-то должен знать. Король будет рад, что рождение наследника пока не исключено. Да и она сама ничего не опровергала, а из ее молчания, пожалуй, еще можно извлечь выгоду.

— В таком случае, ваше высочество, позвольте мне удалиться, — с поклоном поднялся он с места.

Она жестом дала понять, что не возражает, и отвернулась к камину, в котором и летом пылал огонь. Посол поклонился еще раз и, поскольку она на него не смотрела, воспользовался случаем присмотреться к ее фигуре. На расцвет ранних месяцев беременности не похоже, но женщины порой хуже всего переносят как раз их. Бледность может объясняться обычным утренним недомоганием. Нет, по виду ничего определенно не скажешь. Придется довериться мнению исповедника и передавать его с осторожностью.

Трясущимися руками я торопливо распечатываю письмо матери и сразу вижу, что оно совсем короткое, всего страничка.

— О мадре! — выдыхаю я.

Наверно, она торопилась, ей было некогда, но меня ранит, что она так немногословна. Знай она, как я жажду услышать ее голос, написала хотя бы вдвое длиннее! Господь свидетель, мне не справиться без ее поддержки. Мне всего шестнадцать с половиной. Мне нужна моя мать.

Я быстро проглядываю письмо. Потом, не веря своим глазам, читаю его еще раз.

Это отнюдь не то письмо, какое любящая мать написала бы дочери, только что потерявшей мужа. Это холодное, властное письмо, написанное королевой — принцессе. Оно полностью посвящено делу.

Мне велено оставаться в том доме, где меня поселят, пока не придут мои дни и не станет ясно, что я не беременна.