Пленённая принцесса

Думал, что он умер вместе с Анной. Мы пришли в этот мир вместе и, как мне казалось, вместе его и покинули. Все, что осталось — это оболочка, мужчина, который ничего не чувствует. Мужчина, которого невозможно ранить.

А теперь Несса лезет мне в душу. Находя там останки того, что, как я думал, уже невозможно воскресить.

Она заставляет меня чувствовать то, что я уже и не думал испытать.

Я не хочу это чувствовать.

Не хочу думать о какой-то юной уязвимой девчонке. Не хочу беспокоиться за нее.

Не хочу заходить на кухню и видеть, как Йонас нависает над ней, и не хочу чувствовать яростный укол ревности, от которого мне хочется оторвать голову собственному брату. И затем, отослав его в противоположный конец дома, я не хочу, чтобы мой мозг кипел, представляя, что Йонас мог бы сделать, если бы когда-нибудь застал Нессу одну……

Это все отвлекает меня.

Это ослабляет мои планы и решимость.

После того как я накричал на Нессу, она убегает и прячется в саду часами. Разумеется, я знаю наверняка, где она сидит. Я могу отследить местоположение ее браслета с точностью до пары футов.

Становится темно и холодно. Уже середина осени, время, когда одни дни кажутся бесконечным летом, только с более пестрыми листьями, а другие же — крайне противными, ветреными и дождливыми, не предвещающими ничего хорошего.

Я сижу в кабинете и смотрю в свой телефон, на точку, изображающую Нессу Гриффин, прижавшуюся к дальней стене ограды. Я думал, она вернется в дом, но либо я напугал ее сильнее, чем ожидал, либо в ней больше выдержки, чем я мог бы предположить.

В моей голове крутятся мысли.

Сейчас идеальное время для следующего удара. Я избавил Гриффинов от значительной части наличности. Установил крепкий союз с русскими в лице Коли Кристоффа — вообще, он каждый день пилит меня по поводу нашего следующего шага. Данте Галло застрял за решеткой, пока Риона Гриффин сжигает все мосты в офисе окружного прокурора, пытаясь его вызволить.

Моей следующей целью должен стать Кэллам Гриффин. Любимый старший брат Нессы.

Он был искрой, которая подожгла этот конфликт.

Это он плюнул в лицо Тимону, когда тот предложил ему дружбу.

Кэллам должен умереть или, по меньшей мере, быть поставлен на колени, унижен, жалок в своем падении. Я знаю его, и знаю, что он никогда не смирится с этим. Я помню лицо Гриффина, когда Тимон вонзил нож ему в бок — в нем не было ни капли покорности.

Браслет Нессы посылает мне сигнал — он не слышит пульс. Должно быть, она повредила его, пытаясь снять.

Я не успеваю проверить уведомление — на экране всплывает входящий звонок. Это снова Кристофф.

Кристофф тихо хмыкает.

У Польши и России долгая и непростая история. Сколько существовали наши страны, столько они боролись за контроль над одними территориями. Мы постоянно воевали.