Принцесса особого назначения

– Утыррка, орки миновать полог, люди – нет!

Осознание пришло резко и оказалось очень болезненным. Действительно, как я раньше не поняла? Орки без самок, без детей, на поверхности всегда не более десяти остается, остальные почти постоянно в шахте, откуда доносится звон ударов о камни… Там же, в шахте, были и кузницы, их шум тоже слышался по ночам, так значит…

– Шенге уйдет? – тихо спросила я.

– Шенге ищет, как забрать Утыррку, – ответил орк, – шенге найдет.

Да, но… не было уверенности в его словах, совсем не было.

– Аршхан сказал, что заберет. Он может провести?

– Шенге не знать, – ответил папашка, – но Шенге узнает.

– Шенге, а орки долго еще добывать руду? – тихо спросила я.

– Две луны и еще край, – произнес орк.

Так, значит, чуть больше месяца, точнее, месяц с четвертью. Не так уж и много, но и не мало…

– Утыррка спать, – я встала, – шенге стоять долго?

– Пока будет солнечный свет.

Это значит – до утра. Вернула шкуры папке и направилась в пещеру… ох, я так и косоглазие заработаю. Ах, идеальные длинные ноги, узкие бедра и массивные, бугрящиеся мышцами плечи… Вот как из смешения двух таких уродливых рас, как орки и люди, получается вот такое чудо?

Что-то капнуло на грудь, и я испуганно подумала, что слюна, но нет – запрокинув голову, я смотрела на свой первый в жизни готмирский дождь. Красиво… Капли дождя попадали на полог, и в месте соприкосновения вспыхивало голубое свечение, поэтому в мгновение все небо засияло ясным голубым светом, и это было… волшебно.

– Дождь Готмира прекраснее песчаных бурь Сахи, – произнес низкий, сильный, чуть хриплый голос, и, кажется, следующее, что все же упало мне на грудь, было следствием собственного восторженного слюноотделения.

– Э-э, – только и получилось произнести.

У этого чуда великих степей даже был платок, чистый и белый… но понять, откуда у Аршхана сие шелковое изделие, я была не в силах. О платке я и старалась размышлять, пока мне аккуратно вытерли губы, затем подбородок, затем… Суровые готмирские будни научили сначала бить, потом спрашивать!

– Суровая самка, – усмехнулся ракард, без труда перехватив мой кулак в полете к его носу…

– Утыррка дочь своего отца! – гордо ответила я… целенаправленно думая о прелестях погоды.

– Темный король плохой отец, – меланхолично заметил Аршхан.

Но я уже думала о другом: и как это он так быстро поднялся и оказался тут, если еще мгновение назад был эталоном спящего полубога? Эх, не везет мне в любви. Раньше казалось, что мне везет в жизни, однако в свете последних событий…

– Спокойной ночи, – и, не царственно шмыгнув носом, я пошла в пещеру рыдать от бессилия в свою импровизированную подушку.

Утром я спала на удивление долго. Проснулась сама, что было не менее удивительно. Осмотрелась – никого нет.