Принцесса особого назначения

 – Ты не посмеешь причинить мне вред, потому что тогда… мой папочка будет очень зол! И Даллария, если она все еще существует, будет названа враждебным государственным элементом, а ты понимаешь, чем это грозит, не так ли?

Динар сделал шаг навстречу, крепко схватил за плечи и, чуть сжав, наклонился к самому моему лицу:

– Убить… ты права, стерва, это было бы слишком… неразумно. Нет, моя радость, твой папочка вначале получит твой… пальчик, вот с очаровательным царским перстнем, потом твое… ушко, ушки у тебя весьма симпатичные, затем твой… глазик…

И тон, которым все это произносилось, не оставлял сомнений в том, что урод исполнит задуманное.

– Чего ты хочешь? – стараясь выглядеть невозмутимо, поинтересовалась я.

– Готмир будет моим в любом случае, – Динар обворожительно улыбнулся, – это лишь вопрос времени… А твои конечности помогут мне потянуть время! А затем, когда добыча столь необходимой Оитлону руды будет в моих руках, весь Альянс Прайды приползет ко мне!

Меня затрясло от страха! Динар… как вечный кошмар возрождался каждый раз, когда я уже надеялась на его поражение. И сколь же продуманным был его план, – мне оставалось лишь скрипеть зубами от ярости. Год, не больше, потребуется этой умной твари, чтобы подчинить весь Готмир. А шантаж вынудит отца не прибегать к помощи Ксархара… а потом будет поздно. Как глупо, что я сунулась в Хорнасс…

– Страшно? – поинтересовался Динар.

– Ты умеешь быть убедительным, – я подошла к окну, печально воззрилась на каменную кладку, – что, ты говорил, отрежешь первым?

– Для начала напишешь отцу письмо, – даллариец направился к двери, – затем дождемся его ответа, а там… видно будет. И, чуть не запамятовал, здесь, – он указал на место наибольшего скопления муравьев в ту сладостную ночь, – все в состоянии боевой готовности.

– Боевые учения ты намерен проводить на мне? – Любезная улыбка на грани оскала.

С полным насмешки поклоном меня оставили одну.

Мразь! Я предполагала многое, но… не столь вопиющий шантаж! Даже я не была способна на подобное!.. Или была? Вероятнее всего, я поступила бы так же… И это плохо, ибо свидетельствует о том, что передо мной равный противник! Как все плохо! И нет отца, с которым подобные проблемы решались и обсуждались! И даже если иной раз методы казались мне излишне жестокими, со временем я понимала его действия – они всегда были оправданы государственной необходимостью. Стоит ли удивляться, что я дочь своего отца?

Нужно было добить его в ванне! Второго шанса он не предоставит! Или…

– Динар, – я заколотила в двери, – Динар!

Дверь открыли, заглянул молоденький стражник, поинтересовался, нужно ли мне что-то? Нужно. Еще как нужно.