Принцесса из борделя

Те так и остолбенели, смотря на меня во все глаза, что еще больше подняло мне настроение.

Ух и разозлила я нашу мадам! Но ее всегда разговоры о деньгах выводили из себя… если речь не шла о прибыли, конечно. Но это того стоило, тем более все сложилось как нельзя лучше – у нашего разговора был свидетель, а значит главная дама не станет отпираться, когда придет время, так сказать, платить по счетам.

День прошел в заботах. Круглая комната и правда являла собой нынче нечто удручающее – у овальной кровати в центре были подломлены ножки… так же как у дивана, и кресла, и даже столика между ними! Шторы были сдернуты с гардин, а гардины вывернуты из стен. На окнах остались следы рук, словно кого-то прижимали к стеклам с неистовой силой, на полу валялось несколько изодранных платьев, ступать по ковру нужно было осторожно, в нем прятались осколки от разбитых бокалов и пролитое вино… Другими словами, это место больше напоминало поле битвы, а не уголок в доме плотских утех.

Ну, делать нечего, пришлось браться за уборку.

В комнату непрестанно кто-то заглядывал, но заговорить со мной не решались. Притаятся, а как увидят, что я заметила, с хихиканьем уносятся прочь. А я все ждала…

Ждала, когда сойдет с меня милое личико и вернется прежняя физиономия, мой привычный горб, без которого было двигаться так просто, легко и удобно. Вот, и уборка быстрее спорилась.

Смекнув, что зачарованная благодать пока покидать меня не собирается, я спустилась вниз к охранникам.

По обыкновению, двое дежурили в доме, пара за крыльцом и трое отдыхали в специальной комнате. На всякий случай. А случаи в доме бывали разные: много пылких ревнивцев голубых кровей или недюжих магических способностей воображали, что прелестница не может дарить свои ласки никому другому и устраивали сцены ревности – тут то грубая мужская сила и нужна. Вот только гостей можно бить только в самом крайнем случае, а потому наши охранники всё больше были громилами, которые долго и упорно могли сносить удары пылких любовников, принимая их гнев на себя, вместо тонких и хрупких дев.

Я тихонько постучала в их комнату и, изображая смущенную непосредственность, попросила помочь мне передвинуть мебель. Мужчины впервые обозрев такую красоту в платье горничной, поднялись и не пошли, а буквально побежали мне на помощь.

Ну, что же за несправедливость такая, красивым девушкам ведь не так нужно содействие сильных мужчин, как дурнушкам, которые всю жизнь обречены выполнять трудную работу!

Руководить обычно ни в грош не ставившими меня охранниками было безумно приятно. Я не давала им продыху, заставив вытащить всю сломанную мебель из круглой комнаты в подвал и потом вежливо попросила из того же подвала достать запасную, но более старую и потасканную мебель наверх.