Принцесса и садовник

Как только он вышел, она позвонила пилоту.

— Сегодня вечером я улетаю в Альгеро на Сардинии. — Чтобы долететь до северо-восточной части острова, требовалось меньше часа. — Я буду в аэропорту через сорок минут. Будьте готовы к взлету. — Затем Реджина позвонила своей секретарше, чтобы та заказала такси в аэропорту Фертилия на Сардинии, бросила в сумку кое-какую одежду и вышла из дворца тем же путем, что и вошла.

Поездка на Сардинию, на ферму Форнезе в предместье Сассари, не займет много времени. Ей всегда хотелось побывать там...

Хоть Реджина и обручена с Николасом, ей нужна одна — всего лишь одна! — ночь свободы. Эту ночь она посвятит Дицо, и никто не остановит ее.

Диноццо Ромали Форнезе сидел в баре. Он понимал, что напился, ну и ладно! Боль от сознания, что Джина — невеста Ника, была невыносимой. Сегодня ему нужно забыться, если он хочет пережить этот ужас. Приняв для верности еще одну порцию, он слез с табурета и осторожно зашагал к выходу из таверны.

— Пока, Диноццо! — крикнул ему бармен на местном наречии.

Ночной воздух источал нежный аромат, но, слава богу, не был так напоен запахом цветов, как вокруг дворца. Никаких воспоминаний! Дицо забрался в грузовичок дяди и по старинным улицам города поехал к ферме, на которой вырос.

Он мог не глядя добраться туда. Всякий раз, когда Дицо приезжал сюда на несколько дней проведать дядю, он спал в задней спальне старинного дома с красной черепичной крышей. Но теперь он приехал не на несколько дней. Он приехал надолго, если не навсегда. Если завтра еще будет жив, он должен будет найти работу и жилье.

Последнее, что помнил Диноццо, это как повернул на дорогу, ведущую ко двору старой фермы.

Так его называл только один человек.

— Оставь меня в покое, Джаннина, — пробормотал он.

— Ты же знаешь, что не хочешь этого.

Он почувствовал, как она обнимает его. Ее пышные формы словно растаяли в его плотном теле. Эти губы, похожие на дикую красную розу, с жадностью искали его рот.

— Ты права, — лихорадочно воскликнул он. — Боже мой! Я так хочу тебя, что мог бы выгрызть сердце из твоего красивого тела.

— Сделай это, сокровище.

Он положил ее на спину и начал целовать так, как много раз проделывал это в своих снах. Только теперь все было словно наяву. Вместо того чтобы исчезнуть, она продолжала оставаться на месте и целовать его. Он переплел ноги с ее нежными ножками. Она доводила его до экстаза. У Диноццо было одно желание — чтобы это продолжалось вечно.

— Иди сюда, моя бесценная, обожаемая Джаннина. Ближе...

— Я люблю тебя, Дицо, и всегда буду любить.

— Не оставляй меня, любимая.

— Никогда. Не бойся.

Его охватывал восторг от каждого ее вздоха и ласки.

— Я хочу вот так ощущать тебя, пока не проснусь.

— Давай не будем просыпаться, — прошептала она. — Будем продолжать так бесконечно.