Принцип неверности

Олег кивнул, показывая, что он все понял. В нем я не сомневалась. Котехов мог споить кого угодно ради нужной информации, при этом оставаясь совершенно трезвым.

Быстро приняв душ, я оделась и опять вошла в кухню. Арчиров что-то доказывал Олегу, подперев голову рукой. Олег сидел перед ним точно в такой же позе и внимательно слушал. Во всяком случае, вид у него был именно такой.

— Я тебя очень прошу, не применяй к нему недозволенных методов, договорились? — попросила я.

— Ничего не могу обещать, — отмахнулся от меня Котехов. — Иди, не мешай мне добывать важные сведения.

На улице уже вовсю припекало солнышко. Я завела машину и выехала на улицу. Перед тем как ехать в «Славянку», мне надо было заглянуть в концертный зал и сделать еще одно дело. Даже обладая той скудной информацией, которую нам с Олегом удалось выжать из Арчирова, я прекрасно понимала, что Погорельцов не оставит своих попыток. Видимо, ему крайне необходимо отделаться от Хрыкина. Вот только почему? Какая ему от этого выгода? И еще: как и почему Погорельцов отделывался от своих предыдущих исполнителей? В конце концов, курочку, несущую золотые яйца, на жаркое не пускают. Накладно получается!

Размышляя таким образом, я подъехала к «Центральному» со стороны служебного входа и, припарковав машину, пошла осматривать здание снаружи.

Когда-то, при царе-батюшке, комплекс зданий составлял одно целое. Здесь располагались меблированные комнаты, гостиничные номера и ресторан. После революции все это разделили на несколько частей. Получилась поликлиника водников, коммунальные квартиры и концертный зал. Причем все они располагались на трех улицах и принадлежали как минимум пяти организациям. Однако по-прежнему соединялись общими переходами и коридорами. Проще говоря, через закулисную часть КЗ «Центральный» можно было запросто попасть на лестницу черного хода поликлиники, оттуда в коридоры коммуналки, а из них выйти на соседней улице. При этом никто даже не поинтересуется, кто ты, откуда и куда идешь. Очень удобно! Возможно, я бы никогда не узнала об этой особенности комплекса, но когда-то у меня жила здесь знакомая. Она-то и посвятила меня в тайны старого здания.

Осмотрев здание, я убедилась, что, несмотря на прошедшие годы, всевозможные перепланировки, перестройки и капремонты, все переходы уцелели. Значит, мой план сработает без осечки.

Сев в «фолькс», я поехала в гостиницу. Интересно, отчего это Хрыкин закапризничал?

Дверь мне открыл Галушко. Лицо у начальника службы безопасности имело весьма недовольное выражение. Он даже не потрудился поздороваться со мной. Зато Погорельцов был, как всегда, сама любезность.

— Ну-с, вот, почти все в сборе.