Принцип мести

"

"Я когда-то был лучшим рукопашником Дальневосточного военного округа, Игнатий в свое время – самым крутым морпехом Балтийского флота, но вряд ли это можно было считать высоким спортивным достижением. Поэтому нам не оставалось ничего другого, как признаться, что наград и титулов у нас нет.

Монах был немного разочарован.

– А какие у вас боевые прозвища? – с надеждой спросил он. – Здесь у всех есть боевые прозвища. Это интригует зрителей и создает имидж мастерам.

– Мы выступаем под своими именами, – сказал Игнатий.

– Это невозможно. Таковы условия. Вы должны придумать себе какое-нибудь громкое имя.

– Например?

– Перед вами тренируется великий мастер Железная Ладонь, – он указал на китайца, работающего в стиле Багуа. – Чуть правее – Солнечный Дракон, боец из Японии.

Невысокий, плотно сбитый японец с рельефной мускулатурой кинул в нашу сторону косой взгляд. По команде тренера он отрабатывал приемы самообороны.

– Да! – гортанно кричал старик с длинной жиденькой бороденкой.

И его подопечный выполнял удар рукой, восьмой иероглиф защиты.

– Люй!

И ученик совершал откат назад, демонстрируя отшлифованный до совершенства второй иероглиф защиты.

– Далее вы видите Ирокеза, потомка североамериканских индейцев, – продолжал монах.

Краснокожего воина среди его желтых собратьев по ремеслу узнать было нетрудно. Он был не так красив, как, скажем, Оцеола, вождь сименолов в исполнении Гойко Митича, но, судя по телосложению, превосходил его в физических кондициях. Ирокез выполнял нечто вроде ритуального танца для заклинания духов.

– Обратите внимание – чуть дальше, какое потрясающее зрелище, – не жалел своего красноречия наш добровольный гид по спортгородку, – как эффектно ломает доски Убивающий Палец.

Честно говоря, такого мне видеть еще не приходилось: боец (по виду тоже выходец из Поднебесной), носящий столь экзотическое прозвище, указательным пальцем пробивал деревянные дощечки с такой легкостью, будто делал это кулаком или внешней стороной ступни. Мне не хотелось думать, что будет, если этот «пистолетик» воткнется в грудь живого человека...

Монах назвал нам еще несколько не менее звучных имен, среди которых были Разящий Кулак, Самурайский Меч и Каменный Локоть и, наконец, представил нам последнего из тренирующихся с нехарактерным для основной массы участников боевым псевдонимом – Спокойный. У него, если судить по разрезу глаз, были европейские черты лица с небольшим уклоном в «азиатчинку»; он сидел в позе лотоса и, отрешенный от всего, медитировал.

– Откуда приехал этот человек? – спросил Игнатий.

– Кажется, он из Польши, но так долго пробыл в Тибете, что считает себя местным жителем, – ответил монах. – Он исповедует Шоу-Дао, что в переводе означает «Путь спокойствия».