Принцип мести

Даша – сексуальная девушка, думал я, и если бы вся наша жизнь состояла из непрерывных спариваний, как у кроликов в Кентукки, любовной игры и плотских утех, она была бы незаменимой подругой. Но нельзя сделать коитус, как бы великолепен он ни был сам по себе, смыслом своего существования. А с отведенной ей ролью вечной любовницы дочь Богуславского вряд ли когда-нибудь согласится. Эрос, как сказал один философ, сфера беззакония. Но никогда женщина не откажется от попыток надеть на мужчину строгий ошейник, узаконить отношения с ним, чтобы держать его на коротком поводке.

А может, дело вовсе не в этом? Я любил Анюту и страстно желал ее, невзирая на то, что она – содержанка богатого еврея. Хотел ли я на ней жениться? Наверное. Мой брак со Светланой практически распался, и перспектива вернуться к ней казалась мне достаточно призрачной. Было чего-то жаль, какой-то жизненно важной территории души, подвергшейся тотальному опустошению, однако с этим приходилось мириться как со стихийным бедствием – наводнением, ураганом, засухой. Но самое главное было даже не это – миллионы людей пытаются склеить свое счастье из обломков несостоявшейся семейной жизни, – а сознание того, что я оказался никудышным отцом для своего ребенка. Сознавать это было больно.

Когда по ходу движения нашей лодки показались огни Пьи, я пришел в полное смятение. Анюта, моя Анюта, самая желанная женщина в мире, была где-то здесь. Я верил и не верил в свое возвращение с планеты по имени Тибет. Теперь мне предстояло найти ее в этом чужом незнакомом городе.

Переночевав на пристани, мы решили разделиться: Садовский остался на охране лодки, а я с Игнатием отправился на поиски древней пагоды Шуэзандо, главной достопримечательности Пьи, возле которой у нас была назначена встреча с Анютой.

Денег, чтобы устроиться в гостиницу и закупить провиант, у нас не было, но мы могли продать лодку и некоторое время скромно существовать на вырученные средства. Единственная проблема состояла в том, что любой контакт с полицией мог обернуться для нас выдворением из страны. У Садовского вообще не было при себе никаких документов, даже просроченной визы, поэтому он имел все шансы загреметь в местную тюрягу. Мы были заинтересованы в том, чтобы сократить время нашего пребывания в славном городе Пьи до минимума.

Охочие до разъяснений и внимательные к приезжим горожане показали нам дорогу к храму, и мы без труда разыскали Шуэзандо. Анюты, как и следовало ожидать, поблизости не было.

– Что будем делать? – спросил я.

– Ждать. Что нам еще остается? – пожал плечами Игнатий.

– Тебе лучше вернуться на пристань. К этому времени мы постараемся толкнуть нашу лодчонку и прикупить что-нибудь из еды.