Принцесса

Таня никогда не видела раньше, чтобы люди надевали на себя столько вещей сразу — накидки с прорезями для рук, застегнутые только сверху и разлетавшиеся от ветра, под ними — куртки или жакеты с пышными рукавами, юбки, жилеты, шляпы с повязанными сверху шалями…

— Теперь я понимаю, — сказала Таня и потеряла интерес к происходящему на улице: ей важно было продолжить беседу со Штефаном. — Знаешь, я столько узнала о тебе во время путешествия. Мне даже кажется, будто мы сто лет знакомы.

Выражение лица Штефана не изменилось, но в глазах появилось явное беспокойство — он же не знает, что именно стало ей известно! Она заметила, как заиграли желваки на его щеках. Прекрасно. Надо продолжать разговор и вывести его из оцепенения, лучше всего заинтересовать разговором.

— Лазарь рассказывал мне о моем отце, но смог поведать немногое. Я узнала, что отца очень высоко ценили в стране. Оказывается, он продолжал традиции своих предков — всеми силами и способами защищал государство от Османской империи, которая подчинила себе многие страны Восточной Европы. А твоему отцу тоже удалось держать границу на замке?

— У нас заключено несколько важных договоров с турками, и мы с ними в приличных отношениях. Династия Яначеков придерживалась особого принципа отношений с побежденным государством, — а мы когда-то выиграли войну с турками, — предлагала дружбу. Барони придерживаются той же политики.

— Понятно. Но мне все же хотелось бы побольше узнать о моей семье. Лазарь посоветовал мне обратиться к премьер-министру Максимилиану Даневу, который лично хорошо знал отца. Но ведь и ты можешь рассказать мне о том чудовище, которое убило всех членов семьи, включая отца? Так мне сказал Лазарь.

Штефан удивленно взглянул на Таню.

— Ты до сих пор не знаешь толком, почему тебя вывезли из страны и спрятали? Василий мог…

— К нему я бы и обращаться не стала с такими личными вопросами, — перебила Штефана Таня. — Ты — , другое дело, ты — мой будущий муж.

Штефан поразился этим словам еще сильнее.

— Ты согласна на это? Таня передернула плечами.

— Посмотрим. Это зависит не только от меня.

— От кого?

— От тебя.

— Каким образом?

Штефан прямо впился в нее взглядом, девушке даже стало не по себе.

— Ну, я не знаю. Ты мог бы, например, начать уверять меня в том, что мечтаешь на мне жениться, что ты жить без меня не можешь, что смертельно влюбился…

Он нахмурился, и Таня, покраснев, опустила глаза. Она хотела сказать все это очень серьезным тоном, но получилось слишком игриво, а значит, фальшиво. Таня никогда не кокетничала, и он не знает ее такой, да и она сама в себе не замечала этого. Теперь Штефан считает, что она дурачит его.

«Какая же я глупая! — подумала Таня.