Да здравствует принц!

– Как твои репетиции? – с улыбкой спросил Леон.

Габриэлла мигом вспыхнула и чуть не пролила чай мимо чашки, – и всё же, слава богу, что это была игра, а то Лоре пришлось бы потом долго возиться с уборкой. Я сконфуженно наблюдал за их милой беседой. Как оказалось, не я один. Гедеон ястребом следил за Леоном.

– Хорошо, только мадам Ли очень строгая. – Габриэлла надула губки.

Кажется, Гедеон сдерживался, чтобы не скривиться.

– Она тебя ругает? – встревожился Леон.

Теперь я старался не цокнуть языком и не закатить глаза. Мне было дискомфортно видеть, как Габи заливается румянцем и хлопает длинными ресницами, смотря на Леона. Хотелось рассадить их как можно дальше друг от друга, желательно в разные комнаты. Я тихо выдохнул, стараясь мыслить рационально. Леон же ни в чём не виноват. Ну, может только если немного. Ладно, он виноват лишь в том, что Габи в нём заинтересована.

– Да, она ругает, если я балуюсь, – стыдливо опустив глаза, произнесла сестра и в свою защиту добавила: – Она всех ругает.

Габриэлла замолкла, видимо решив, что надо как-то реабилитироваться в глазах Леона, и громче произнесла:

– Мадам Ли хвалит меня за гибкость и за прыжки. Я могу сыграть главную роль в постановке «Спящая красавица», если подготовлюсь.

– Постарайся, – ободрил её Леон. – Уверен, что у тебя всё получится.

Габи густо покраснела и бросила беглый взгляд сначала на Гедеона, потом на меня. Я натянуто улыбнулся, стараясь выглядеть непринуждённо, но Оливер рядом что-то заподозрил, – возможно всему виной мои напряжённые желваки, – потому что шёпотом обеспокоенно спросил:"

"– Тебя тошнит или что?

Я повернулся к нему и слабо помотал головой.

– А меня сейчас стошнит, если мы не прервём этот кошмар, – горячо прошептал Оливер. Я его понимал как никогда.

– Габи, не пора ли тебе за уроки? – вежливо поинтересовался Гедеон. Было непонятно, что его раздражает больше: чаепитие в целом или чересчур милая беседа Габи с Леоном.

– Нет, – улыбнулась Габриэлла, делая глоток из пустой чашки.

– Тебе ничего не задали? – уточнил я.

– Задали, – всё ещё улыбаясь, ответила она и потянулась к чайнику. – Ещё чаю?

– Мне на сегодня хватит, – ответил я, отодвигая сервиз.

– Давай мне налей, – вымученно выдохнув, вмешался Оливер и протянул чашку. Возможно, он считал, что Габи всех отпустит, когда у неё закончится чай. Несуществующий чай, который имеет потрясающую способность самовосстанавливаться.

– Сейчас! – Радостная Габриэлла с чайником поскакала к нему. – Уже несу.

Вскоре сестра выпустила нас из столовой, но только чтобы собрать в гостиной. Там она включила музыку из «Спящей красавиц» и, переодевшись в балетную пачку, – я до сих пор не понял, как она так ловко собралась, – принялась танцевать.

Тут уже даже я взвыл.