Да здравствует принц!

Габриэлла заставила всех нас принять участие в детском, – скорее безумном, – чаепитии. Помимо нас, за столом сидел огромный плюшевый медведь, игрушечный, завалившийся на стол щенок породы корги, пугающая фарфоровая кукла, которая, казалось, следила за мной с противоположной стороны стола, и несчастный Килли, клетку с которым поставили на последний свободный стул. Бедняга Килли нервно прыгал с жёрдочки на жёрдочку. Для полноты картины не хватало только Шляпника, Мартовского Зайца и Мыши-Сони.

Перед каждым красовался пёстрый пластиковый набор, состоящий из маленькой чашки с блюдцем и чайной ложечки, – бесценное сокровище Габриэллы, которым она пришла хвастаться. На коленях у всех были разложены мамины тканевые салфетки, – на каждой в уголке любовно вышиты жёлтыми нитками аккуратные сердечки. Сильвия придёт в ужас, когда узнает, что сестра воспользовалась ими для игр.

Зачинщица внезапного безумия сидела во главе стола и руководила процессом. Время от времени она подскакивала и наливала невидимый чай из игрушечного чайника, а мы должны были хвалить её за гостеприимство и восторгаться вкусом лучшего чая во всей стране. Габриэлла выдала целую тираду, почему нам всем так повезло первыми попробовать этот сорт, на ходу выдумав труднопроизносимое название и фантастический состав. Сестра была уверена, что туда, помимо самих чаинок, должен входить шоколад, зефир, мороженое и круассаны.

– Как вам? – интересовалась Габриэлла, держа чашку, при этом оттопырив мизинец. Улыбка до ушей, горящие глаза, румянец на лице, – она давно мечтала заполучить столько гостей на свой приём.

– Очень вкусно, – искренне улыбалась Оливия с чашкой в руках.

– Правда?

– Да, – Оливия кивнула. – И мне очень нравится сервиз. – Она аккуратным длинным ноготком постучала по вылепленной фигурке единорога на боку.

Мы все непонимающе наблюдали за их светской беседой.

– Мне он тоже очень нравится! Этот сервиз папа мне на день рождения подарил, – поделилась с нами Габриэлла.

Оскар чинно помешивал ложечкой несуществующий сахар и чай, стараясь не шуметь, а Люмьер внимательно рассматривал маленького единорога на блюдце. Гедеон держал в руках чашку, словно действительно собирался сделать глоток, – и терпеливо ждал, пока Габи наиграется. Леон, напротив, время от времени изображал, что пьёт и аккуратно вытирал губы бумажной салфеткой, которую периодически мял в руках. Остальные, в том числе и я, сидели, кисло уставившись друг на друга.

– А настоящий чай будет? – пробубнил Оливер, на что я не сильно ударил его локтем в бок.

– Не подкидывай ей идеи, а то она заставит нас реально провести чаепитие, и это затянется, – сердито прошептал я ему на ухо, прикрыв рот ладонью.

Оливер фыркнул, но промолчал.