Принц Темный, принц Светлый…

Кайл ЛасГаллен ухватил его за ворот куртки, подтянув к себе.

– Делай что хочешь, но моя дочь должна жить! – прошипел он, брызгая слюной. – Эрианор разноцветная, единственная на весь Мирано, она просто не может умереть! Не сейчас, не за неделю до Игры!

Да, в этот раз получилось так, что только у дочери лорда ЛасГаллена волосы поменяли цвет, хотя обычно это случалось с несколькими девушками. Доктор глубоко вздохнул, прикрыв глаза.

– Она может измениться, – глухо ответил он, встряхнув кистями.

– Да плевать, – отрезал лорд. – Делай свое дело, лекарь!

Мужчина с жалостью посмотрел на разметавшиеся по подушке пепельно-серебристые и каштаново-рыжие пряди, на бледное личико с тонкими чертами и запавшими глазами, понимая, что по-иному вылечить лианоссе Эрианор он не сможет при всем своем мастерстве. Да и никто не в силах, разве что шаманы Лесных. Но пути к ним девушка не выдержит и их приезда тоже не дождется. Оставался последний, отчаянный и рискованный способ, к которому прибегали только в крайних случаях. Похоже, сейчас наступил именно такой.

Доктор достал из кармана небольшую коробочку, открыл и бережно вытряхнул на ладонь мутно-белый камешек. Камень Обмена, последнее средство. Проводить медитацию и искать подходящую душу времени не оставалось. И доктор решил положиться на судьбу. Ведь где-то есть кто-то, кто тоже должен умереть, Камень поймает эту душу и поменяет телами с Эрианор. И останется только молиться Ирроху, чтобы все получилось, и разноцветная не сошла с ума после обряда. Глубоко вздохнув, он опустился на колени и приложил талисман к бледному лбу девушки.

Кайл ЛасГаллен напряженно следил за происходящим, нервно комкая платок. Такой шанс, его дочь стала разноцветной, и пока единственной на весь Мирано, он не мог упустить его! Вдруг именно она не умрет после свадьбы? Вдруг именно его тихая серьезная девочка выйдет замуж за одного из принцев, родит наследника и станет королевой? Нет, Эрианор просто обязана выжить!

– Иррох, помоги!.. – вырвались у доктора тихие слова, когда он почувствовал, как нагрелся Камень Обмена.

Конечно, бог давно покинул их мир, но привычка обращаться к нему в серьезных делах осталась до сих пор. Иногда создатель этого мира откликался из далеких далей на призыв… Может, так случилось и сейчас, ведь Камень сработал. Сначала ничего не происходило, грудь больной едва поднималась от слабого дыхания. Потом камень ярко вспыхнул, выбросив веер лучей жемчужного цвета, лиа Эрианор судорожно вздохнула, выгнулась, ее глаза широко раскрылись, но взгляд оставался стеклянным. Доктор не отнимал Камня, на его лбу выступили капельки пота, и он крепко зажмурился, продолжая молиться об успехе. Кайл сказал, чтобы она жила – его дочь будет жить.