Гарри Поттер и Принц-полукровка

— Аквалей!"

"Кубок наполнился чистой водой; юноша упал перед Дамблдором на колени, приподнял ему голову и поднёс кубок к губам — но сосуд был пуст. Директор застонал и начал задыхаться.

— Но вода ведь… подождите… Аквалей!— и снова кубок наполнился, однако стоило поднести его ко рту директора, вода исчезла.

— Сэр, я пытаюсь, пытаюсь! — в отчаянии вскричал Гарри, но вряд ли Дамблдор что-то слышал: он перекатился на бок, дыша протяжно и шумно, точно в агонии. — Аквалей… Аквалей… АКВАЛЕЙ!

Чаша пустела снова и снова, а дыхание Дамблдора становилось всё слабее и слабее. Гарри лихорадочно размышлял, инстинктивно он понял: единственный способ достать воды — тот, что планировал Волдеморт, значит… Юноша бросился к берегу, окунул кубок в озеро и вытащил до краёв полным ледяной водой, которая не исчезла.

— Сэр, вот! — Гарри рванулся обратно и неловко опрокинул содержимое сосуда в лицо Дамблдору.

Бульшего юноша сделать не смог: свободная рука окоченела. И вовсе не из-за холодной воды… На запястье сомкнулись склизкие пальцы, их обладатель тянул Гарри в озеро, поверхность которого уже не была зеркально-гладкой. Вода бурлила, насколько хватало глаз всё новые и новые бледные руки и головы поднимались из тёмной бездны; мужчины, женщины, дети с запавшими слепыми глазами двигались прямо к скале. Армия мёртвых вставала из чёрного озера.

— Окаменелус абсолютус ! — завопил Гарри, нацелив палочку на вцепившегося в него инфери; монстр выпустил жертву и со всплеском рухнул в воду.

Удержаться на гладком, скользком от воды островке оказалось непросто. Гарри вскочил на ноги, но полчища инфери уже карабкались на остров. Костлявые руки царапали скользкий камень, пустые затуманенные глаза смотрели на жертву, промокшие лохмотья волочились по земле…

— Окаменелус абсолютус ! — крикнул Гарри, пятясь и яростно размахивая палочкой; шесть или семь мертвецов упали, но их место тут же заняли другие. — Барьер! Карцерус !

Несколько монстров споткнулись, один или два запутались в верёвках, но другие инфери просто перешагивали через упавших и продолжали наступать.

— Рассекатум! Рассекатум! — заорал Гарри, размахивая волшебной палочкой.

Глубокие порезы избороздили мокрые отрепья и ледяную кожу, но тела нападавших были бескровны и бесчувственны. Мертвецы надвигались, сморщенные руки тянулись к Гарри, а тот отступал всё дальше и дальше, пока не почувствовал, как сзади его схватили тощие, бесплотные, холодные как смерть пальцы. Ноги оторвались от земли, инфери подняли юношу и потащили в воду.