Гарри Поттер и Принц-полукровка

Я подумал, не это ли стало… ну, ты понимаешь…

— Это мысль, — признала Эрмиона задумчиво. — Но я всё ещё не могу взять в толк, почему она внезапно прибежала в замок, чтобы увидеть Дамблдора. Если, конечно, она действительно приходила сюда ради этого.

— Я же говорю, слетела с катушек, — опять встрял Рон, загребая в рот картофельное пюре. — Потеряла уверенность в себе. Женщины, — с умудрённым видом обратился он к приятелю, — легко расстраиваются.

— А я, например, сильно сомневаюсь, — едко произнесла Эрмиона, встряхнув головой и отогнав задумчивость, — в существовании на свете женщины, которая целых полчаса будет злиться на весь мир только из-за того, что мадам Розмерта не посмеялась над её шуткой о чародейке[8], целителе и Бормотухе обормотчатой.

Рон надул губы.

Глава двадцать вторая. После похорон

Над башнями замка, в просветах между облаками, начали появляться кусочки голубого неба. Однако эти признаки приближения лета не радовали Гарри. Ему до сих пор не удалось узнать, чем занимается Малфой. Попытки поговорить с Хорохорном, убедить его поделиться воспоминанием, которое тот скрывал, кажется, уже не один десяток лет, тоже ни к чему не привели.

— Забудь ты наконец про Малфоя! — твёрдо сказала Эрмиона."

"После обеда троица расположилась в солнечном уголке внутреннего дворика. Рон и Эрмиона вцепились в министерские листовки «Типичные ошибки при телепортации и их предупреждение» — через пару часов им предстоял экзамен. Пока что листочки успокоиться не помогали: когда из-за угла показалась девушка, Рон вздрогнул и попытался спрятаться за Эрмионой.

— Это не Лаванда, — устало произнесла она.

— Вот и здорово, — с облегчением отозвался Рон.

— Гарри Поттер? — спросила девушка. — Меня попросили передать…

— Спасибо…

Сердце Гарри ухнуло вниз, когда он взял у неё маленький свиток пергамента. Не успела девушка отойти, как он выпалил:

— Дамблдор ведь сказал, что занятий не будет, пока я не получу воспоминание!

— Может, он хочет узнать, чего ты добился? — предположила Эрмиона, пока Гарри разворачивал записку. Но вместо узкого, наклонного почерка Дамблдора он обнаружил неопрятные каракули, которые едва можно было разобрать из-за множества клякс.

Дорогие Гарри, Рон и Эрмиона!

Прошлой ночью Арагог умер. Гарри, Рон, вы его видали и знаете, каким он был необыкновенным. Эрмиона, он бы тебе наверняка понравился. Я был бы вам очень обязан, если бы вы смогли вечерком отлучиться из школы на похороны. Собираюсь их устроить, когда начнёт темнеть… он так любил это время. Знаю, вам нельзя выходить так поздно, но вы можете накинуть плащ. Не стал бы просить, но один я боюсь не выдержать.

Хагрид.— Ну и как тебе это? — спросил Гарри, протянув записку Эрмионе.