Гарри Поттер и Принц-полукровка

— Понятно, — в конце концов произнёс Дамблдор, пристально разглядывая юношу поверх своих очков-полумесяцев, отчего Гарри ощутил себя, как под рентгеном. — Значит, ты считаешь, что приложил все силы к выполнению задания? Проявил всю возможную изобретательность? Исчерпал все свои хитрости?

— Ну, — Гарри замолк, не представляя, что сказать дальше. Единственная попытка получить воспоминание вдруг показалась ему постыдно жалкой. — Ну… в тот день, когда Рон проглотил по ошибке любовное зелье, я повёл его к профессору Хорохорну. Думал, если приведу профессора в достаточно хорошее настроение…

— Сработало? — поинтересовался директор.

— Не очень, сэр, потому что Рон отравился…

— И, естественно, ты забыл о воспоминании, пока твой друг был в опасности. Другого я от тебя и не ожидал. Однако надеялся, что ты вернёшься к решению поставленной задачи сразу, как убедишься в безопасности мистера Висли. Я полагал, что достаточно ясно объяснил её важность. Более того, сделал всё от меня зависящее, чтобы внушить тебе — это самое решающее воспоминание из всех и без него мы только впустую потратим время.

Чувство стыда, горячее и острое, накрыло Гарри с головой. Дамблдор не повышал тона, его голос даже не был сердитым, но лучше бы он кричал — это холодное разочарование оказалось хуже всего.

— Сэр, — начал он с ноткой отчаяния, — не думайте, будто я не старался или что-то в этом роде… просто у меня были другие… другие дела…

— Другие дела на уме, — закончил за него директор. — Я понял.

И опять между ними повисла тишина. Ещё никогда наедине с Дамблдором Гарри не испытывал такой неловкости; казалось, тишина всё длится и длится, лишь временами прерываемая негромким хрюкающим храпом Армандо Диппета с портрета над головой директора. Юноша ощущал себя странно маленьким, словно усох с момента прихода в кабинет. И он заговорил, не в состоянии больше этого выносить:

— Профессор Дамблдор, прошу, простите меня. Я должен был добиться большего… должен был понять, что вы бы не поручили мне это дело, если бы оно не было по-настоящему важно.

— Благодарю за сказанное, Гарри, — тихо произнёс директор. — Могу ли я надеяться, что теперь данное задание станет для тебя самым важным? От наших последующих встреч будет мало толку без этого воспоминания.

— Сэр, я всё сделаю, я получу его у профессора, — искренне пообещал Гарри.

— Тогда сейчас мы больше не будем обсуждать эту тему, — более доброжелательно сказал Дамблдор, — а продолжим наше повествование с того места, где остановились. Ты помнишь, где именно?

— Да, сэр, — быстро ответил Гарри. — Волдеморт убил своего отца и дедушку с бабушкой, обставив всё так, будто убийства совершил его дядя Морфин.