Гарри Поттер и Принц-полукровка

— Просто я не хочу, чтобы моя квиддитчная команда снова облажалась, — торопливо объяснил Гарри. Эрмиона продолжала недоверчиво смотреть на него, но тут, к счастью, Гарри окликнули, и он повернулся к подруге спиной.

— А, Луна! Привет.

— Я искала тебя в больничном крыле, — заявила Луна, роясь в своей сумке, — но там сказали, что ты уже ушёл.

Она сунула в руки Рона нечто, напоминающее луковицу, большой мухомор и внушительную горсть чего-то, сильно смахивающего на наполнитель для кошачьего туалета, и, наконец, вытащив слегка замызганный свиток пергамента, протянула его Гарри.

— Мне велели передать тебе вот это.

В рулончике юноша сразу распознал очередное приглашение Дамблдора.

— Сегодня вечером, — развернув его, сообщил он друзьям.

— Ты классно комментировала последний матч! — похвалил Рон Луну, вызвав у девушки неопределённую улыбку, пока та забирала обратно луковицу, мухомор и туалетный наполнитель.

— Ты, наверно, смеёшься надо мной, — сказала она. — Все говорят, я была ужасна.

— Нет, серьёзно! — искренне возразил Рон. — Не могу вспомнить более потрясного комментатора! Кстати, а что это? — добавил он, поднеся лукоподобный объект ближе к глазам.

— Охранень, — объяснила Луна, запихивая в сумку остальные предметы. — Если понравился, можешь оставить себе, у меня есть ещё. Они великолепно защищают от заглатывающих плимпов, — и ушла, оставив охранень в руках ржущего Рона.

— Знаете, а она мне нравится, эта Луна, — заявил он, вместе с друзьями двинувшись дальше. — Конечно, она того, но в хорошем… — и резко умолк. У подножия мраморной лестницы метала громы и молнии Лаванда Браун.

— Привет, — нервно поздоровался Рон.

— Пошли, — шепнул Гарри Эрмионе, и они поспешили ретироваться с места начинающейся разборки, но всё же успели услышать:

— Почему не предупредил, что выписываешься сегодня? И почему она с тобой?..

Рон появился через полчаса, хмурый и раздражённый. И хотя сели они с Лавандой рядом, но за всё время завтрака не перемолвились ни словом. Эрмиона же вела себя так, будто ничего не замечала, но Гарри пару раз приметил на её лице непонятную ухмылку. Весь день она пребывала в великолепном настроении, а вечером в гостиной даже соизволила просмотреть (другими словами, закончить) работу Гарри по Травоведению, а ведь до сих пор категорически отказывала в любой помощи, зная, что тот даст списать Рону.

Когда Гарри взглянул на часы, было уже почти восемь.

— Эрмиона, — поспешно похлопал он по плечу подругу, — большое тебе спасибо, но мне пора бежать, иначе опоздаю к Дамблдору…

В ответ та лишь устало вычеркнула из его работы несколько неудачных предложений. Усмехнувшись, Гарри торопливо выскочил через портретный ход и понёсся к директорскому кабинету.