Гарри Поттер и Принц-полукровка

 — Независимо от того, каков был Морфин, он не заслужил такой смерти — осуждённым за убийства, которых не совершал… Но уже становится поздно, а тебе нужно ознакомиться ещё с одним фрагментом воспоминания…

Дамблдор достал из внутреннего кармана другой хрустальный сосуд, и Гарри немедленно притих, вспомнив слова директора об особой важности этого воспоминания. Он заметил, что содержимое склянки как-то неохотно перетекало в думоотвод, словно было слегка застывшим. Неужели воспоминания могут портиться?

— Это не займёт много времени, — пообещал Дамблдор, наконец опустошив склянку. — Мы вернёмся раньше, чем ты себе представляешь. А пока — снова в думоотвод…"

"И Гарри вновь окунулся в серебристую жидкость, оказавшись на сей раз перед человеком, которого он сразу узнал: Гораций Хорохорн, только гораздо моложе. Гарри настолько привык к его лысине, что был поражён, увидев пышную шевелюру соломенного цвета — голова Хорохорна напоминала сноп сена; впечатление портила лишь уже заметная, размером с галлеон, плешь на темени. А вот пшеничные усы профессора были не столь густы, как теперь. Ещё этот Хорохорн казался несколько стройнее, чем привычный Гарри, хотя золотые пуговицы на богато вышитом жилете, несомненно, испытывали определённую нагрузку. Коротенькие ноги профессора лежали на обитом бархатом пуфике, а сам он, откинувшись назад, расположился в удобном кресле с подголовником, пальцами одной руки сжимая небольшой бокал вина, другой — копаясь в коробке с ананасными цукатами.

Рядом появился Дамблдор. Гарри огляделся и обнаружил, что они находятся в кабинете Хорохорна. Полдюжины подростков сидели вокруг Хорохорна на стульях — более низких или жёстких, чем кресло преподавателя. Среди прочих учеников Гарри сразу же выделил Волдеморта — лицо того было самым красивым и безмятежным, правая рука небрежно лежала на подлокотнике стула. Внезапно Гарри заметил на его пальце золотой с чёрным перстень Дволлодера — значит, Том уже убил своего отца.

— Сэр, правда ли, что профессор Мерисот увольняется? — спросил Ребус.

— Том, Том! Даже если бы я знал, я не в праве был бы тебе сказать, — ответил Хорохорн, порицающе погрозив Ребусу облепленным крупинками ананаса пальцем, и, вопреки произнесённому вслух, легонько подмигнул. — Хотел бы я понять, мальчик, где ты добываешь информацию, если осведомлён лучше, чем половина преподавателей.

Ребус улыбнулся; остальные подростки засмеялись, бросая на него восхищённые взгляды.