Восхождение Примарха 6 (СИ)

А в такт ей откликнулись мои магические каналы, выстланные эфиром и укреплённые когда-то энергетической паутиной.

«Что такое защита? — думал я, разглядывая опутывающую меня эфирную паутину. — Это не истребление отличающихся от нас, а умение жить вместе, используя достоинства одних и других. Для меня семья — это и люди, и аэрахи. Я встану на их защиту с одинаковой решимостью».

Я — жизнеспособный продукт симбиоза двух ксеносов, который показывает, что объединить можно такое, что многим даже и не снилось. Я сам лишь ступень к объединению всего живого в доступных нам мирах.

Эфирная паутина оплела меня с ног до головы. Но не коконом, а второй кожей. А затем стала частью меня, растворившись в моём существе.

Звёзды над головой стали меркнуть. Из-за гор вновь появлялось солнце. Солнце нового мира.

Когда Игорю Державину поступило предписание явиться ко двору, он сразу заподозрил неладное. А что ещё можно было заподозрить, когда ты совсем недавно бросил министерский портфель в лицо государю, образно говоря?

Поэтому Игорь Всеволодович надел свой лучший костюм, позвонил Вадиму Давыдовичу, чтобы предупредить его, с тоской посмотрел на артефакты последнего дня, оставленные в сейфе, и направился на парковку, где его уже ждал автомобиль.

Самолёт вернулся из Тибета вчера, команда отдохнула и ждала распоряжений.

— В столицу, — хмуро распорядился Державин.

Больше всего в данный момент его печалило, что рядом нет Никиты и некому дать распоряжения по поводу дальнейшей работы с активами. Впрочем, все они остались в сейфе, так что за дело можно было не волноваться.

Но хотелось увидеться, конечно. Интересно, как там сейчас внук? Есть ли шансы вернуть источник, или эфирное сердце, или нет? А, может быть, получится открыть в нём какие-то иные способности? Есть же у него, в конце концов, всякие эти паучьи штучки, о которых он умышленно молчит, всё время кивая на фамильяра.

Игорь Всеволодович был уверен, что, спроси он внука напрямик, тот бы ему всё рассказал. У них наладилась такая степень откровенности, какой у Державина-старшего не было ни с кем и никогда.

На удивление, его не взяли под стражу тут же, как только он пересёк КПП дворца. Более того, учтивый швейцар проводил его в нужный кабинет.

Император выглядел уставшим, но воодушевлённым, словно решил какую-то проблему, давным-давно мучившую его, или выздоровел от продолжительной болезни. Его настрой напомнил Державину его собственный, когда он несколько дней назад ушёл со службы, на которой находился десятилетиями.

— Проходите, Игорь Всеволодович, присаживайтесь, — сказал император после того, как они обменялись приветствиями, строго соответствовавшими этикету. Так проявлялась возникшая после последнего их разговора дистанция.