Восхождение Примарха 6 (СИ)

Примарх развернулся ко мне и приподнялся на задних лапах.

— О чём тут разговаривать? — очень своеобразным шипящим языком спросил он меня. — Мои гены дадут тебе всё! Буквально всё!

— Подробнее, если можно, — попросил я, разглядывая Примарха.

Мне показалось, или в боевой трансформации я выглядел даже несколько более угрожающим?

— К твоим ногам падут звёздные системы и галактики, — прошипел мне Примарх, используя специальный тон аэрахов, который был равнозначен жесту: «О чём тут ещё можно говорить?». — Любые сокровища известных миров станут твоими. Любые женщины, даже самые экзотические. Всё, всё, что ты захочешь, будет твоим. Зачем же ограничивать себя рамками одного вшивого мира с его жалким населением?

— Давай, обойдёмся без оскорблений, — попросил я, видя, что Сан-Донато замахнулся мечом. — Вы так-то родственники через меня. Так что проявите уважение, пожалуйста.

— Ты же видишь, — пожал плечами Антонио, опуская меч, но я видел, что он готов поднять его в любой момент, — его стихия — разрушение. Война, в широком смысле этого слова. Пауки не умеют больше ничего, кроме как захватывать и грабить. Магия эфира — это магия созидания. Недаром эфир считается изначальной энергией.

— Нытик! — высказался Примарх и сплюнул себе под ноги. — Потомок, не ошибись! Моя кровь в тебе даёт тебе доступ к множеству миров и многим тысячам лет жизни! Ты станешь практически бессмертным!

— Знавал я одного бессмертного, — честно признался я, — и у меня остались не самые лучшие впечатления. Люди, перестающие ценить мимолётность жизни, становятся, мягко говоря, чёрствыми.

— Да что ты с ним разговариваешь? — удивился Сан-Донато и пожал плечами. — Как разрушает миры, так эта тварь хочет разрушить твою душу. Позволь, я повергну её к твоим ногам! Так как только чистота изначальной магии, сила эфира может победить этих нечестивых созданий.

— Это правда? — спросил я у Примарха, повернувшись к нему. — Я точно знаю, что между эфиром и магией аэрахов существует противоречие. В чём оно заключается?

— Магия этих тварей — смерть, — ответил мне Антонио, сделав широкий жест мечом. — А наш эфир — жизнь. Именно поэтому они не могут сосуществовать вместе.

— Эфир — это слабость, наша магия — сила, — прошипел на это Примарх, а затем повернулся ко мне. — Единственное, что может нейтрализовать нашу магию, — это эфир. Но не потому, что он чистый или что-то в этом духе. Религиозные предрассудки. Просто это две противоположности, как огонь и вода, как день и ночь, как женщина и мужчина.

— Всё, что вы оба назвали, это не противоположности, — ответил я, вспоминая уроки Ван Ли. — Всё это — суть две стороны одного и того же. Если бы вы не противоборствовали, а слились в едином порыве к чему-то общему, то стали бы гораздо сильнее. Оба.