Прима (СИ)

Зато делаем фотографии, опять же для социальных сетей, дабы показать, как классно проводим время.

В какой-то момент мне приспичивает в туалет. Я поднимаюсь из-за стола, растерянно оглядываюсь, и тут Лана подсказывает, что женский с серой дверью, табличек здесь почему-то нет. Благодарно киваю ей, захожу в уборную и едва не падаю в обморок, увидев тебя.

— Глеб, — шепчу растеряно. Несколько секунд ты явно тоже недоумеваешь, потом подходишь к раковине и моешь руки.

— Так истосковалась по мужскому вниманию? — наконец, подаешь признаки жизни ты, вытирая ладони салфетками.

— Это уборная.

— Мужская.

— Мне Лана сказала… — смущенно натягиваю на пальцы рукава от кофты.

Ты подходишь ко мне, сейчас мы одного роста, и так внимательно разглядываешь меня, словно хочешь что-то увидеть. Кто-то дергает ручку, пытаясь войти, но ты грозно кричишь:

— Занято!

И на той стороне покорно слушаются. Я в очередной раз поражаюсь, как в свои детские годы ты настолько умеешь голосом демонстрировать собственное превосходство.

Вблизи я замечаю, что твои зеленые глаза при тусклом освещении меняют оттенок. Они похожи на холодное северное море, куда нельзя ступать, иначе замерзнешь насмерть. Ты для меня — закрытая книга. И, кажется, это никогда не изменится.

— Слышал, мамочка тебя хвалила, — яд сочиться из твоих уст.

— Я добилась успехов, — зачем-то сообщаю тебе, ощущая невероятную гордость. — И это только начало.

— Тебя все ненавидят, и это тоже только начало, — обещаешь ты. Я растерянно смотрю на тебя, пытаясь понять, угрожаешь или по негласной традиции хочешь задеть меня обидным словом.

— Если ты меня ненавидишь, это не значит, что меня ненавидят все.

— Тогда почему ты оказалась в мужском туалете?"

"Я сглатываю и не нахожусь, что ответить. Вероятно, ты прав, и меня отправили сюда специально, чтобы высмеять. Может не открыто, но за спиной точно. В детском доме у нас тоже были девочки, которые любили поставить на место выскочек, правда, они не скрывали своей антипатии. В нынешнем мире мне приходится гадать, где поджидает опасность. Здесь принято носить маски.

Ты выходишь первым, а когда выхожу я, то к своему удивлению, не попадаю в центр всеобщего внимания насмешек. Не потому, что никому не смешно, ведь меня даже ругает официант, со словами: “куда ты смотришь, где твое воспитание, деточка”. Я краснею, как бурак, и с ужасом жду порцию поругания от своих одноклассниц, только им до меня оказывается, нет дела. И все… из-за тебя.

Ты стоишь рядом с Ланой, диктуешь ей цифры своего номера, которые она аккуратным почерком выводит на салфетке. Кириленко смущена до кончиков ушей, она то и дело кусает губу и тайком поглядывает на тебя. А когда ты возвращается к своему столику, Лана еще долгое время не может прийти в себя.