Мир приключений, 1969 (№15)

Он рассчитывал его на тягу 600 килограммов при скорости полета 900 километров в час и на горючее — дешевое дизельное топливо.

Пока Франц строил свой двигатель «109-004», Мессершмитт приказал поставить на «Альбатрос» двигатели фирмы «БМВ». Они делались в Шпандау. Их привезли в Лехфельд, на стендах замерили тягу. Получилось двести шестьдесят килограммов.

Зандлер сообщил об этом шефу по телефону.

— Да это же примус, черт возьми! — выругался Мессершмитт.

— Я не могу рисковать планером, устанавливая на него двигатели «БМВ», — сказал Зандлер.

Мессершмитт задумался. Видно, какое-то обстоятельство его сильно торопило.

— Нет, профессор, вы должны поставить их на «Альбатрос».

— «Альбатрос» не взлетит!

— Должен взлететь! Новая авиация стучится в двери, Иоганн, и нам надо спешить, каких бы затрат это ни стоило.

— Я не могу рисковать, — упрямо проговорил Зандлер.

— Слушайте меня внимательно, профессор. — Зандлер уловил в голосе шефа железные нотки. — Делайте три модели планера. Две мы развалим на этих движках, третью сбережем для двигателей Франца — должен же он когда-нибудь их построить...

Зандлеру ничего не оставалось, как подчиниться. Испытателем «Альбатроса» с двигателями «БМВ» он назначил нового летчика — капитана Вайдемана.

4Было еще темно и очень холодно, когда Вайдеман в сопровождении техника и дублера выехал к самолету. «Альбатрос» стоял в самом конце взлетной полосы. Возле него возились инженеры и механики с отвертками, ключами, измерительными приборами.

— Как заправка?

— Полностью, господин капитан, — ответил из-под фюзеляжа механик Карл Гехорсман.

Вайдеман не спеша надел парашют, подогнал ремни и залез в кабину. За время, проведенное в Лехфельде, он изучил каждую кнопку, переключатель, винтик и мог отыскать их с закрытыми глазами. Днями просиживая в кабине, он мысленно представлял полет, почти до автоматизма отрабатывал свои действия в любой сложной комбинации. Но сейчас, когда, удобно устроившись в кабине, он взялся за ручку управления машины, то почувствовал неприятную дрожь в пальцах. Тогда Вайдеман опустил руки и несколько раз глубоко вздохнул — это всегда помогало успокоиться.

«Не валяй дурака, представь, что ты на привычном «Ме-109». Представил? Отлично».

Он включил рацию и в наушниках услышал близкое дыхание Зандлера.

— Я «Альбатрос», к полету готов, — сказал Вайдеман.

— Хорошо, Альберт. Итак, задача у вас одна — взлететь и сесть. Не вздумайте делать чего-нибудь еще.

— Понимаю.

— И внимательно следите за приборами. Запоминайте малейшие отклонения.

— Разумеется.

— К запуску!

Вайдеман включил кнопку подачи топлива в горючие камеры двигателей. Через несколько секунд загорелись лампочки-сигнализаторы. За фонарем зарокотал моторчик стационарного пускача.