Мир приключений, 1969 (№15)

Но с таким результатом, что пока вы не можете предать перед своей женой. Эмоционально-психический барьер не позволит ей принять вас в вашей данной форме в качестве ее Чарлза. Попытки убеждения привели бы только к шоку, вы только нанесли бы своей любимой новую, непоправимую травму, заставили бы ее пережить вторую трагедию.

Я. Но я истосковался по ней и детям! Взглянуть бы на них!

ОН. Дорогой Чарлз, из всего сказанного вытекает, что пока даже этого нельзя. Совершенно категорически. В этом вторая жертва, которая от вас требуется. В настоящих условиях ваша встреча с женой и детьми даже инкогнито была бы для вас драматической, крайне болезненной. Весьма краткая иллюзорная радость была бы отравлена бесконечными страданиями. Продумайте это тщательно, и, мой друг, вы несомненно согласись со мной. Потерпите еще некоторое время, освоитесь сначала с новой ситуацией. В течение ближайших недель положение безусловно определится, нормализуется, и появятся различные возможности.

Знакомлюсь со своей ново и... старой женой и собственным домом28 июня явилась миссис Мод Джеффрис.

Не буду описывать эту необычайную встречу в этой необычной ситуации. Обойду молчанием и поездку «домой», и приезд, и первые, очень скупые разговоры.

Познакомился с «моей» сестрой — вдовой Вероникой Белл. Она на 4 года моложе Майкла Джеффриса. Преподает английский язык в каком-то колледже. Также симпатичная дама, слава богу. Мне хочется называть обеих «тетями» — ведь они на целое поколение старше меня. Впрочем, внешне и я старик...

Максимально молчу — импровизирую роль старого склеротика, потерявшего память. А после серьезной операции и вовсе забывшего все на свете. Но по мере освоения обстановки постепенно «вспоминаю» кое-что. Как бедная Мод тогда радуется!

Знакомясь в школе с иностранными языками, я обратил внимание на то, что по-английски мы всем говорим только «вы». На других языках существует еще одна форма: близкие обращаются друг к другу на «ты». Особенность нашего языка оказалась в моем нелепом положении очень удобной: интимное «ты» в отношениях с миссис Джеффрис было бы мне крайне неприятно.

Я глубоко признателен Мод — она ведет себя сдержанно, тактично и героически скрывает свои страдания. Какая же, наверно, красавица была в молодости... Она и теперь еще очень хороша и выглядит намного моложе своих 54 лет. Тяжело мне разговаривать с ней. И неотступно преследуют мучительные вопросы: что же будет и как быть дальше? Доколе придется влачить такое существование? И во что все это может вылиться?

На столе стоят те же две фотографии. И на меня Джеффрис-старший смотрит неодобрительно. Чувствую в его взгляде упрек, будто я обокрал его. Да, игрою слепого случая я вытеснил его с его места в жизни.