Женский приговор

Надежда Георгиевна поднялась, отряхнула пальто и вдруг подумала, что они с мужем счастливы в браке, но живут в разных мирах. Алексей существует в идиллической семье, где все друг друга обожают, а она – как рабыня и бесправная служанка. Он счастлив естественно, непринужденно, а она – ценой колоссальных усилий.

Тут Надежда Георгиевна увидела такое, что сразу вынырнула из воспоминаний, а сердце тревожно заколотилось. По гравиевой дорожке, пересекающей двор, медленно шла дочь, а рядом с нею вышагивал не кто иной, как Дима Шевелев.

Надежда Георгиевна бросилась навстречу дочери:

– Аня!

– О, мама, привет! А мы с Димой ходили Мийку поминали…

– Здравствуйте, Дима, – процедила Надежда Георгиевна.

Он, поздоровавшись, улыбнулся, блеснул прозрачными глазами.

«Высокий и широкоплечий, – подумала Надежда Георгиевна мрачно, – не уступит в стати Мостовому».

– Мама, я пригласила Диму на чашку чаю, можно?

Она кивнула, и все трое направились домой.

Муж отсутствовал, что ж, в преддверии защиты это не удивительно, Надежда Георгиевна не собиралась волноваться и предполагать худшее. Во-первых, не верилось, что ее порядочный и любящий супруг способен с кем-то закрутить, а во-вторых, нагуляется и вернется. Если мужчинам это необходимо, пусть действует, а мы не станем трепать нервы ни себе, ни ему. Только все наверняка гораздо прозаичнее – муж отвозит в такси своего подгулявшего академика или вычитывает его статью. Все-таки есть плюс, что она не пошла в аспирантуру, – научная карьера, оказывается, требует известной доли лакейства и почему-то забирает много денег. Все время приходится кого-то умасливать, отвозить-привозить, делать подарки и так далее.

Впрочем, сейчас не самое подходящее время для таких размышлений, если учесть, кто сидит у нее на кухне! Надежда Георгиевна стремительно переоделась в домашнее платье, поправила прическу и вылетела к гостю. Аня как раз накрыла чай.

– Мама, а можно дать Диме какие-нибудь папины носки? Он промочил ноги на кладбище…

– А ты? Хотя какой смысл спрашивать, в твоих-то сапогах наверняка!"

"– А вот и нет! Дима меня не пустил к могилке, заставил ждать у входа.

«Какой ты, Дима, молодец, когда не нападаешь на женщин!» Надежда Георгиевна принужденно улыбнулась, достала из буфета мед для профилактики простуды и отправилась за чистыми носками.

Шевелев переоделся, скомкал мокрые носки в кулаке, но Надежда Георгиевна отобрала их. Постирает и вернет.

– Спасибо.

Надежда Георгиевна думала, раз они ходили на кладбище, то за чаем станут вспоминать Мийку, поэтому сама завела разговор о нем, но ее не поддержали.