Женский приговор

Даже мировоззрение поменяла, а парень о ней ни сном ни духом. Так оно и бывает в юности…

Надежда Георгиевна принялась мыть посуду, но мысли ее были далеко от кухонных забот. Суп на завтра придется сварить, деваться некуда, а на второе пусть пельмени поедят, как раз место в морозилке освободится. Когда-то она умела и любила готовить, но если талант зажимают, он атрофируется.

Она была абсолютно уверена в виновности Мостового, пока не увидела его и не узнала про государственную награду. Парнишка показался ей интеллигентным и умным, а правительственные награды вручают только смелым людям. За трусость их не дают. Надежда Георгиевна разделяла убеждение Монтеня, что трусость – мать жестокости, соответственно, смелый человек великодушен и добр, разве может такой быть серийным убийцей?

Убрав чистую посуду, Надежда Георгиевна тряхнула головой. Нужно так сделать, чтобы судьи не видели подсудимых. Максимум по телефону с ними общались, а лучше заочно. Пока она не посмотрела в глаза Кириллу Мостовому, никакие сомнения в голову не приходили, а потом… Главное, ведь не узнала НИЧЕГО, что говорило бы в пользу невиновности, даже наоборот, а все равно заколебалась.

Надежда Георгиевна быстро почистила луковицу, морковь, картошку и свеклу. Многое ушло за невостребованностью, но кое-какие секреты мастерства все же не забылись. Например, суп: надо поджарить лук с морковкой и томатную пасту, если есть, прямо в кастрюле, а потом сверху налить кипящей воды. Во-первых, меньше посуды, а главное, никто не догадается, что суп без мяса.

В кухню вошел муж. Надежда Георгиевна мимолетом подумала, какой он стройный, подтянутый и моложавый. Чуть полысел со лба, но это только делает лицо умнее. И дома он не распускается, ходит в старых летних брюках и футболке или рубашке, а не в трениках с пузырями везде, где только можно, как другие мужики.

– Ты уже покушала? – Алексей приобнял жену. – Давай тогда хоть чайку вместе попьем.

– Давай. Сейчас, только свеклу закину.

Она поставила чайник и покрошила овощи в кастрюлю. Муж попросил «бедных рыцарей», и Надежда Георгиевна принялась за дело.

Вымочив кусок булки в смеси молока, яйца и сахара, она бросила его на горячую сковороду и спросила:

– А за что в мирное время дают медали?

– По-разному. А почему ты спрашиваешь?

– Да вот странная история, Алеша, – она перевернула гренки, – мы судим убийцу, а он, оказывается, награжден медалью Ушакова.

– Это хорошая медаль.

– Он сказал, что дали за личное мужество, а разве мужественный человек может быть убийцей?

– Ну, знаешь, в жизни всякое бывает. Чайник поспел.

Из носика действительно валила энергичная струя пара, и крышка нетерпеливо побрякивала.