Отбор не приговор

Ну как?

Глубоко вдохнув, Лотанари медленно приоткрыла правый глаз. Потом закрыла его и приоткрыла левый, и только после этой своеобразной проверки она посмотрела на мир двумя глазами.

— Все серое, — констатировала она.

— Так и должно быть, мы настраивали освещение в вашей комнате, — утешила ее эльфийка.

— Мы идем? — нетерпеливо спросила Лотанари.

— Вы пьете лекарство, а я доедаю, и только после этого мы идем, — строго произнесла леди Торлис.

Лотанари мгновенно осушила поданный флакон и села на постели. Немигающим взглядом принцесса следила за эльфийкой, которая уж слишком неспешно поглощала булочки. В итоге леди Тайлис Торлис поперхнулась соком, махнула Лоте рукой и приказала выдвигаться.

— Все равно не даете поесть нормально, — проворчала эльфийка. — Что ему будет, вот скажите, леди Шан Нейрин? Живым доставили — значит, не умрет!

Но Лота не поддалась и, превозмогая слабость, встала на ноги. Лимаатрис тут же подставила подруге плечо.

— Повязка, — напомнила целительница. — Телепорты сейчас запрещены, так что пойдем по тайной лестнице. Будет трудно.

Что бы ни говорила леди Торлис о трудностях, а до главного ритуального зала Лотанари как будто летела. Справа ее поддерживала Лима, слева целительница, а внутри самой Лоты как будто поселился огромный воздушный шарик. Из тех, что нерисские студенты-второкурсники раздают малышам на ежегодной ярмарке.

— Я сниму повязку ровно на минуту, — строго произнесла леди Торлис.

— Да, — выдохнула Лота.

Яркий свет, острая боль, десяток мельтешащих эльфов и эльфиек. И в центре зала — он. Идрис лежал на алтаре, его фигура была залита ярким светом — как солнечным, так и отблесками от заклятий. Кто-то другой мог бы не узнать его, ведь лицо и волосы были залиты кровью, но этот профиль… Она столько раз его рисовала!

— Скорее всего, у него останется шрам через бровь, — негромко произнесла леди Торлис. — Пора надевать повязку.

— К дрархам шрам, главное, чтобы выжил, — отозвалась Лота и подставила голову, чтобы эльфийке было удобно завязать ей глаза.

Обратный путь в полной мере продемонстрировал Лоте всю ослабленность ее организма — принцесса тряпочкой повисла на лисице и только тяжело вздыхала, когда им встречалась очередная лестница.

— А ведь могла просто меня отправить, — ворчала Лимаатрис. — Можно подумать, я бы стала тебя обманывать.

— Обманывать? — эхом откликнулась Лотанари. — С чего бы тебе меня обманывать?"

"— Вот и я о том, — энергично отозвалась лисица и, чуть помолчав, уточнила: — Мы же сейчас ходили проверять, точно ли твой Идрис спасен?

Лота запнулась и, сожалея, что не может видеть лица подруги, ответила:

— Нет, я просто хотела его увидеть.