Придон

Тот лишь дернулся, так это выглядело, вокруг оказались стонущие и кричащие. Ранк, он стоял в одиночестве и смотрел задумчиво на Придона, повернулся на шум, спросил медленно:

Он ухватил железной рукой мальчишку за плечо. Тот, не глядя, с устремленным на лежащее впереди тело взором, отмахнулся, как от мухи. Удар пришелся кистью в грудь Ранка, закрытую его знаменитым двойным панцирем. Лязгнуло сминаемое железо. Ранк согнулся, изо рта с силой плеснула дымящаяся кровь. Он упал ничком и умер сразу с переломанной грудью.

Придон лежал на спине со все еще открытыми глазами. Он выглядел удивленным, но лицо спокойное, гордое, глаза смотрят в темноту свода с интенсивным вниманием, словно видят важное нечто, от всех остальных закрытое.

Несколько человек, выхватив мечи, набросились со спины на подростка. Их фигуры скрыли его со всех сторон, потом один вылетел из кучи, будто им выстрелили из пращи. Тело с металлическим звоном ударилось о потолок, оставив там кровавое пятно. Других разметало по залу, как ветер разбрасывает сухие листья.

Все с ужасом смотрели на невредимого мальчишку. Он обвел всех мрачным взглядом, в глазах медленно разгоралась ярость. В тишине прозвучал чей-то дрожащий голос:

– Ютлан, – ответил мальчишка, голос был звонкий, еще детский. – Я младший сын тцара Осенний Ветер, а Придон мой брат.

– Да, мне пока нельзя брать в руки оружие взрослых.

Все застыли, Антланец со страхом посмотрел на лица военачальников.

– Защищаясь, – ответил мальчишка с поистине артанским достоинством. – Если надо, обрушу весь курятник.

Антланец пролепетал, не понимая, куда делся его знаменитый медвежий рык, от которого вздрагивали горы:

В глазах мальчишки опасно полыхало багровое пламя. Судорога прошла по лицу, взметнулась тонкая кисть, удар пришелся ребром ладони по мраморной плите. Страшно треснуло, словно над головами ударил гром. Кусок отколотой плиты мальчишка подхватил ногой и швырнул в другой конец зала. Послышался глухой удар, стена вздрогнула, а мраморный обломок рассыпался с легкостью комьев глины.

Лица военачальников посерели. Антланец видел, что все понимают одно и то же: если мальчишка обрушит стены, то выберется из развалин цел и невредим.

– Ты за Придоном? – спросил он торопливо.

– Да, – ответил мальчишка, голос его становился все злее. – Я заберу его.

Антланец страшился, что военачальники ответят криками негодования, что разъярят мальчишку, а этого ни в коем случае нельзя допускать, но увидел их побелевшие лица, понял, что у самого такое же, сказал торопливо:

– Да-да, мы поможем тебе… Дадим волов, хорошую повозку…

– Я уже взял, – ответил мальчишка.