Придон

Вяземайт посопел, подвигал бровями, видно было, как сдерживается изо всех сил, но не утерпел, сказал сердито:

– Придон, это же был не бог?

– Не бог, – ответил Придон.

Аснерд непонимающе смотрел то на одного, то на другого.

– Вы что мелете? Как не бог?.. Да ни один человек не сможет…

Вяземайт произнес с холодным удивлением:

– А кто говорил про человека?

Аснерд открыл и закрыл рот. Лицо побагровело, он рявкнул сердито:

– Ты кончай эти волхвячьи загадки! Говори прямо, как вот я. Если не бог и не человек…

– Вот-вот. – Вяземайт оглянулся на Придона. – Не бог и не человек. Придон, что тебе известно?

Сухой жар пронесся сквозь тело Придона. Странные и прекрасные образы ангелов вспыхнули перед внутренним взором, отблеск небесного огня пал из его глаз. Вяземайт отшатнулся, словно увидел тоже, Аснерд напрягся, зрачки его глаз сузились, с его зрением удавалось увидеть многое незримое другим, пальцы стиснули рукоять топора с такой силой, что закапала вода.

– Это из тех, – ответил Придон тихо, он сглотнул ком в горле, – кто создавал этот мир… Кто создавал землю, звезды, свет и тень, зверей и богов, кто создавал законы для людей… и кто все еще создает…

Вяземайт возразил живо:

– Он не создавал, он лишь наказал тех, кто нарушил!

– Вы, двое, можете сказать ясно, что это было?

– Аснерд, – проговорил Вяземайт тихим голосом, но у Придона по спине пробежали мурашки, – а тебе надо заглядывать в ту бездну?.. Возможно, для Творца сейчас все еще шестой день? Он все еще создает мир?

Аснерд прорычал злее:

– Как это шестой? Был же и седьмой, когда он огляделся, сказал, ай как все здорово, и пошел спать?

– Да, – ответил Вяземайт с печалью в голосе, – но это для нас так… А для Творца любой день может быть седьмым, шестым, третьим или даже первым!

Утром в стане поднимались раньше обычного, хотя многие не спали всю ночь, толклись рядом с вартовыми, всматривались в темноту. Ночь ясная, звезды высыпали крупные, на мир опустилась призрачная тень, луна зависла над далекими горами, превращая их неживым светом в глыбы льда.

Артане переговаривались стылыми голосами, передергивали плечами, ссылаясь на ночной озноб. Многие видели призрачные тени на месте исчезнувшего града, другие уверяли, что там ходил огромный старик в плаще и с капюшоном на голове, а кто-то усмотрел табун коней, что вырвался из ночи, промчался по тому месту и пропал во тьме.

Еще до восхода солнца целый отряд самых нетерпеливых выметнулся из лагеря. Аснерд покряхтел, но не утерпел, взмахом подозвал оруженосца. Ему подвели коня, и он в сопровождении двух героев тоже съездил, осмотрел, а когда вернулся, даже спал с лица, глаза ввалились, а губы потемнели, будто побывали в огне.

– Зачем он это сделал? – спросил он рассерженно.