Придон

Все войско, потрясенное и завороженное таким жутким зрелищем, смотрело неотрывно, многие приподнялись в стременах, вытягивали шеи, но никто не промолвил ни слова, и, лишь когда на месте города осталось огромное багровое пятно, кто-то за спиной Придона шумно вздохнул, Придон ощутил на себе тысячи пар глаз.

Он повернулся к незнакомцу, однако на том месте лежала пара уцелевших колец цепи. Далеко на дороге остановились пленники, потрясенные и с бледными лицами, смотрели на огненное озеро на месте города, откуда они изошли.

– Кто это был? – пролепетал Щецин иотрясенно.

Вяземайт открыл и закрыл рот. Он выглядел так же, как и остальные. Аснерд нашелся первым, вскинул руку, прокричал гулко, грохочущее:

– Воины! Кто бы это ни был, он – на нашей стороне! Эта неприступная крепость… да, теперь можно сказать – неприступная!.. волей этого… гм, человека в пепел… Да будет этот пепел вечным, чтобы вдолбить всем поколениям, чего нельзя делать, даже… даже когда у ворот самые страшные из врагов!

Он кивнул Щецину. Тот выехал вперед, прокричал зычно:

– Располагаемся станом!.. Зажечь костры, выставить вартовых! Расседлать коней, накормить, отдохнуть, ибо утром копыта наших коней должны прогреметь по дорогам Верхней Куявии!

Кровавый закат медленно угасал, небо темнело. Проступили первые звезды, луна, оказывается, уже на небе, но скрывалась за нещадными лучами солнца, теперь наливалась яркостью, как спелая груша сладким медом.

Аснерд вошел в шатер вслед за Вяземайтом, сказал укоризненно:

– Что ж ты молчал, как язык в задницу втянул? Это ж твое волхвячье дело! А ты даже не можешь сказать, кто это!.. Ты должен был сразу его узнать!

– Ты волхв или не волхв?

– Волхв, – ответил Вяземайт. – А ты знаешь, что такое волхв?

– Ну, тот, кто волхвует, волшбит, кудесничает, толкует волю богов, дурит головы таким простым и наивным, как я… А как можешь толковать, когда самих богов не узнаешь?

Вяземайт поморщился:

– Так то богов… А ты уверен, что то был бог?

Полог откинулся, вошел мрачный Придон, огонь злого нетерпения плясал в глазах, ноздри раздувались, как у зверя при виде добычи. Вяземайт кивнул в его сторону:

– Спроси у него. Что меня удивляет, так это наш тцар.

Аснерд повернулся к Придону:

– Ты чего это удивляешь нашего волхва?

– Пусть не удивляется, – ответил Придон вяло.

Он сорвал через голову перевязь с мечом, она полетела вслед за тяжелым топором в другой конец шатра. Сам он сел за стол, уронил голову на кулаки, но та же злая сила подбросила, заставила вскочить, он в раздражении зашагал взад-вперед, кулак с силой впечатывался в ладонь с растопыренными пальцами, слышался сочный чмокающий удар, словно огромный валун падал с высокой горы в мокрую глину.