Придон

Придон кивнул, так и собирались, потом же, повинуясь внезапному чувству, более сильному, чем все мудрости мира, сказал сразу охрипшим голосом:

– С мечом или без меча… но я загляну к Итании.

Вяземайт прошептал зло:

– Ее же охраняют, как… как сокровище!

– Она и есть сокровище, – ответил Придон. – Но я хочу ее увидеть.

– И я ее увижу, – сказал он свирепо.

Над головой со скрипом открылось окно, на улицу пал широкий луч света. Подозрительный мужской голос спросил:

Рука Придона метнулась к ножу, а Вяземайт огрызнулся недовольным шепотом:

– Городская стража, не видишь?

В оконном проеме вырисовывался грузный мужчина с толстым лицом, где волевые складки уже спрятались под слоями жира и дурного мяса. Животом он навалился на подоконник, всматриваясь в полутьму.

– А почему тайком? – спросил он подозрительно.

– Потому что заметили… ах, ушел!.. Надо же так орать?.. Мы заметили вора, что начал было перелезать через ваш забор, начали подкрадываться… а вы тут отворили окно! Вор испугался и сбежал. Через вашу ограду, к вам в сад.

Мужчина недовольно буркнул:

– Я же не знал… В самом деле перепрыгнул через забор?

– В самом, – заверил Вяземайт злорадно. – Теперь ловите сами. Мы обеспечиваем порядок только на улицах, а в своих домах вы сами…

Придон перевел дыхание, Вяземайт хлопнул его по плечу, захохотал громко и грубо, как подобает простым воинам, и они пошли вдоль улицы, уже не скрываясь. Слышно было, как мужчина будил слуг, потом нахлынули новые звуки и новые запахи, Придон замедлил шаг, кивнул:

– Я эти места знаю. Нам чуть левее.

В покои Тулея втаскивали огромный стол, пихались, пыхтели, поворачивали боком, двери узковаты. Тулей морщился, отодвигался, а Щажард пятился, указывал, куда ставить, Черево суетливо шел рядом, придерживаясь за стол двумя пухлыми пальчиками, покрикивал, раздавал указания.

Щажард расстелил по столешнице огромную карту, Черево принялся поспешно расставлять по ней золотые фигурки разного размера.

– Щажард, позови полководцев. А то этот военный гений такое учудит… Сами сдадим страну.

Черево потупил взор, с тцаром не поспоришь, Щажард подозвал слугу, что-то шепнул.

– Ваше Величество, – сказал Черево преданно, – известно, что большая часть артан осталась перед воротами Куябы! Значит, в глубь страны не пойдут.

– И твое имение уцелеет, – сказал Тулей понимающе. – Этому ликуешь?

Вопль оскорбленного Черева остался без ответа, в покои входили полководцы, военачальники, а с ними, к удивлению Тулея, явился и Барвник.

Барвник сразу направился в свой угол, куда по изволению Тулея перенесли большой котел мага. Котел стоял на железной треноге, в нем постоянно бурлила вода, хотя огонь под ним никогда не разводился.