Придон

Тулей хмурился, крепкие пальцы постукивали по блестящей поверхности стола. Щажард с кряхтением опустился в кресло, голова ушла в плечи, оттуда сказал просительно:

– Давай, Барвник, думай! Не может быть, чтобы ты что-то не придумал.

– Придумывать, – ответил Барвник, – ваше дело. Я смотрел так и эдак… У Куявии есть шанс на спасение только в одном случае. Но он настолько мал…

– …и ничтожен, – закончил Барвник. – Хуже того, невероятен.

Барвник повернулся к Тулею, глаза стали умоляющими, как у виноватой собаки.

– Ваше Величество, для этого надо, чтобы сошлись разные невероятности. Дунай должен драться с Придоном… лично. В двобое. Придон должен его убить. Сам, без чьей-либо помощи. И только тогда у Куявии есть шанс на спасение. Да и то не сразу.

Щажард посмотрел в потемневшее лицо Тулея, вздохнул. Барвник развел руками. Щажард сказал невесело:

– Ты прав. Сейчас никто не заставит Дуная драться с Придоном. И ничто.

Тулей прорычал утомленно:

– Даже если я верну ему все? Снова станет бером, получит обратно дворец, войско…

– Ваше Величество, – сказал Щажард с укором. – Разве не видно, что у него сейчас намного больше?

Тулей умолк, будто ткнули в живот кулаком. Помолчал, вяло шевельнул рукой.

– Зовите. Только объясняйте ему сами. Я на эту сволочь смотреть не могу.

Щажард властно хлопнул в ладоши. Заглянул слуга, поймал взгляд Щажарда, исчез, за дверью прозвучали тяжелые шаги.

Тулей вздрогнул, в проем вдвинулся этот человек с огромной колодкой на шее, звякающий массивными цепями, со стертыми в кровь ногами. Снова покои наполнил тяжелый запах немытого тела, разом истребил слабые ароматы душистых масел, притираний, нежных цветов.

Двое стражей придерживали его сзади за скованные руки. Тулей смотрел на Дуная с брезгливым удивлением. Запахи пота и нечистот словно пригасили светильники и затемнили яркие краски ковров на полу и стенах, узник выглядел диким, изнуренным, бессловесным животным.

Барвник вопросительно взглянул на Тулея.

– Скажете сами, Ваше Величество?

– Говори ты, – сказал он с неприязнью. – Я не унижусь, чтобы разговаривать с животным.

Барвник кивнул, торопливо подошел к Дунаю. Тот по-прежнему смотрел, согнувшись, в пол. Барвник безуспешно пытался заглянуть ему в лицо.

– Дунай, – сказал он, голос дрогнул, – Дунай… Я смотрел в грядущее. Тебе там отведена немалая роль!

Дунай молчал, смотрел в пол. После паузы раздался голос Тулея:

– Барвник, скажи этому животному, что ему будут возвращены его земли, дворец и… все остальное.

Барвник сказал быстрым виноватым голосом, словно спешил загладить нелепые и глупые слова повелителя:

– Но тебе снова предстоит поединок… с Придоном!

Дунай не двигался, хотя Барвник ощутил, как по телу богатыря прошла волна жара.