Хроники Придайна

— Мы только старались помочь тебе и облегчить твою жизнь, сказала Орвен, надув губы и теребя свои тяжелые бусы. — Зачем же обижаться?"

"— Конечно, мы всё скажем тебе, смелый мой головастик, ласково протянула Ордду. — Ты узнаешь все, что пожелаешь. Но у нас есть одно условие: нужно заплатить. Поскольку то, о чем ты спрашиваешь, очень важно… для тебя, то и плата может быть о-о-чень высокой! Не уверена, что ты подумал об этом прежде, чем отправиться сюда.

— Когда мы искали Черный Котел, — начал Тарен — вы в счет платы взяли волшебную брошь Адаона, вещь, которой я больше всего на свете дорожил, — С тех пор я не нашёл ничего, чем бы дорожил больше.

— Но, мой цыплёнок, — расплылась в улыбке Орду, — та сделка была о-очень давно! Мы тогда рассчитались сполна. Ты говоришь, что ничего с собой не принес? Тогда, если ты ничего другого не можешь нам предложить, принимай наше предложение и превращайся в ежа.

— В прошлый раз, хрипло прошептала Оргох на ухо Ордду, ты хотела взять один из летних дней этого молодого ягненка. Это, я думаю, будет лакомый кусочек!

— Ты всегда думаешь только о своем удовольствии, Оргох, отмахнулась от неё Ордду. — В конце концов ты должна бы подумать и о том, что нам всем понравится.

— С ним здесь была золотоволосая девушка, — вставила Орвен, — миленькое маленькое создание. У него безусловно сохранились при себе приятные воспоминания о ней. Разве мы не можем забрать их? — Она сладко зажмурилась. — Как приятно будет расстилать их на полу и долгими зимними вечерами глядеть на них, любоваться и вздыхать. Правда, у него уже их не останется ни клочка. Но, думаю, это будет превосходная сделка.

Тарен затаил дыхание.

— Даже вы! Вы не будете так безжалостны! — в отчаянии воскликнул он.

— Почему нет? — широко улыбнулась Ордду. Жалость, дорогой гусенок, как ты уже знаешь, не в наших правилах. Она только мешает правильной сделке. А это уже не по правилам. Тем не менее, — она обернулась к Орвен, — эта плата нам не подходит. У нас уже достаточно всяких воспоминаний.

— Тогда… — Тарен крепко сжал кулаки, весь напрягся, — Тогда… Мало чем на свете я дорожу больше, чем моим именем, — Он почувствовал, как холодный пот выступил у него на лбу, — Я предлагаю вам свое имя! Что вы на это скажете?

И хоть там, дома, в Каер Даллбен, он все обдумал и готов был на многое, но теперь ему вдруг захотелось все бросить и бежать, бежать без оглядки…

— Если этого вам мало, — продолжал Тарен, — я обещаю любую ценную вещь, которая появится у меня в жизни… самую большую драгоценность, которая попадет мне в руки, отдать вам. Она будет вашей, и вы сможете потребовать её когда угодно.

Ордду не ответила, а только с любопытством глядела на него. Остальные колдуньи тоже молчали. Даже Гурджи перестал хныкать и замер.