Хроники Придайна

— Никакого иного способа, мой цыпленок, — сказала она, и впервые в ее голосе зазвучали нотки жалости.

Дверь с треском захлопнулась перед самым носом Тарена. Тщетно он молотил по ней что было сил. Ни звука в ответ. И даже окно внезапно подернулось непроницаемой туманной дымкой, которая быстро сгустилась в черную плотную завесу.

— Когда колдунья произнесла «прощайте», — заметил бард, — она, подозреваю, имела в виду именно это — прощайте навсегда. — Он вдруг просиял. — И это, кстати, самое приятное, что я слышал сегодня утром.

Тарен устало уронил свой молот на землю.

— И все же я думаю, что есть другой способ, — сказал он. — Во всяком случае, хотя мы и не можем разрушить Котел сейчас же, мы не должны бросать его.

— Может, спрятать? — предложил Ффлевдцур, — Закопать. И как можно скорее. Будь уверен, мы не найдем никого, кто бы согласился прыгнуть в эту черную дыру, чтобы уничтожить Крошан вместе с собой.

Тарен покачал головой:

— Нет, мы не можем просто спрятать его. Рано или поздно Аровн его разыщет, и все наши усилия окажутся бесполезными. Только Даллбен знает, что делать с ним. Он единственный обладает той мудростью, которая сильнее черной силы Крошана. Гвидион собирался принести Котел в Каер Даллбен. Теперь это должны сделать мы.

Ффлевддур согласно кивнул:

— Что ж, разумное решение. Но это такая неуклюжая громадина. Не понимаю, как мы вчетвером сможем тащить его по болотам, ущельям и крутым горным тропам.

Они вывели Ллуагор и Мелинласа, поставили их рядом перед хранящей мертвое молчание хижиной и подвесили Котел между двумя лошадьми. Гурджи и Эйлонви вели тяжело нагруженных лошадей за повод, а Тарен и Ффлевддур шли между ними — один впереди, другой — сзади, чтобы поддерживать раскачивающийся на веревках Котел.

Хотя Тарен и стремился поскорей уйти от хижины колдуний и из их владений, но теперь, без пряжки Адаона, он не решился идти через Болота Морвы напрямик. Вместо этого он повел свой отряд в обход, держась кромки твердой земли у края Болот. И так до тех пор, пока они не выйдут на надежную торфяную дорогу, поросшую вереском.

— Этот путь длиннее, — сказал Тарен, — но Болота слишком ненадежны. В прошлый раз нас вела брошь Адаона. Теперь, — он печально вздохнул, — боюсь, что нас может постигнуть та же участь, что и Охотников.

— Это было бы здорово! — воскликнул бард. — Не для нас, конечно, — поправился. он, — а для Котла. Утопить гадкий горшок в зыбучей жиже, и все тут!"

"— Нет, спасибо, — ответила Эйлонви. — Зыбучая топь с удовольствием проглотит и нас! Если же ты устал идти кружным путем, то я готова поменяться с тобою местами. Становись впереди лошади, а я стану поддерживать Котел.

— Совсем нет, нисколько не устал, — пробормотал пристыженный бард. — Не так уж он тяжел.