Самец причесанный

– Мои деньги: как хочу, так и трачу! – ответил я, взбираясь на лошадь. Будут они мне указывать! Вита надула губы, Сани нахмурилась, а Лола широко распахнула глаза. Ну и пусть! Сенаторы мы или где?

Заметив меня, Амага с девочками рванулись навстречу. Спустя короткое время меня окружили, Амага полезла лизаться, а ее девочки стремились хотя бы тронуть. Я не мешал. Котята мои славные! Без вас нам труба! Я велел Амаге сообщить Валерии, что идем в соответствии с планом – пусть ждут и не уходят. Девочки выполнили задание с лихвой. Сообразив, что «тарго» сидит в ж…, пардон, на острове, помчались и доложили. Вита и Сани забыли, как бедовали мы посреди реки. Валялись на голом песочке, размышляя: умереть с голоду здесь или попробовать утонуть – лодку сармы продырявили будь здоров. Я как мог забил дырки чопиками, но было ясно: доплывет она в лучшем случае до берега.

Когда изъявление чувств стихло, я протянул Амаге кошельки.

– Здесь пятьдесят золотых ауреев или тысяча двести пятьдесят серебряных монет. Купи себе овец, коров – кого захочешь! Вам хватит, чтобы не голодать и не ходить в набеги.

– Ты прогоняешь нас, тарго? – насупилась Амага.

– Мы среди своих, красавица! – я указал на колонну. – Придем в лагерь, передохнем и двинемся домой. В Рому вас не пустят.

– Земли Ромы начинаются за Малаккой, до нее пять дней скакать. Пешком – дольше. Мы могли бы сопроводить. Я не бывала в Малакке, как и мои воины. Если будем растить скот, нужно знать, кому продавать.

Гм-м, а девочка не глупа, к тому же не хочет расставаться. Да и я, если признаться. Прикипел к «звездочке» и ее котятам.

– Подожди меня здесь!..

Валерию я нашел в середине колонны и с ходу взял быка за рога.

– Тебе нужна кавалерия, трибун?

– Конечно! – кивнула она. – В Роме дали одну турму – не на войну шли. Оказалось, мало: «кошки» не успевают разведать окрестности. Орда стояла рядом, а мы не знали. Могут быть и другие.

– Есть пятьдесят всадниц. Обученных, вооруженных, прекрасно знающих Степь.

Валерия посмотрела в сторону маячивших в отдалении сарм.

– Они доказали преданность Роме, доставив вексиллум и сообщив об орде, – напомнил я.

– Хорошо! – тряхнула головой Валерия. – Возьму до Малакки. Плата обычная: денарий в день простой всаднице и два вождю.

– Три! – сказал я. – У Амаги пятьдесят воинов, это почти две турмы.

– Ладно! – согласилась трибун. – Только чтоб в лагерь – ни ногой! Пусть ночуют в Степи.

«Не доверяет!» – понял я, но возражать не стал: предосторожность не лишняя.

– Хо! – воскликнула Амага, когда я сообщил новость. – Серебряная монета в день! Только за то, что будем скакать рядом?

– Не скакать, а вести разведку, – поправил я. – Если увидишь других сарм, нужно своевременно сообщить.

– Мои сармы охотятся и отъезжают далеко.