Папа с прицепом

– Давно мечтал это сделать, – заявил Мухамбетов. – Так вот как ты слово держишь? Сказал, перетрем вдвоем, а сам всю команду собрал?

– По-другому нельзя было, – невнятно пробурчал Якимушкин. Глаз у него заплыл моментально, а верхняя губа, по которой кулак Мухамбетова прошел только вскользь, раздувалась прямо на глазах.

– Чего ты там бурчишь? – подал голос пьяный Семибратов. – О, парни, и вы здесь? Какого хрена? Мы с Якимушкиным сами со всем разберемся. Ну, правда, езжайте домой, вам здесь делать нечего.

– Помалкивай, пропойца! – Мухамбетов пнул Семибратова ногой в бедро.

Тот, поморщившись, состроил обиженную гримасу и буркнул в ответ:

– Сам пропойца, – но связываться с Мухамбетовым не стал.

– Послушайте, все это, конечно, замечательно, – вновь заговорил Шилов. – Но не мог бы кто-то объяснить, зачем мы здесь?

От дальнего вала карьера отделилась фигура, через просвет в земляных стенах ударил свет фар, и взгляды всех присутствующих тут же обратились в ту сторону. По освещенной дороге к группе мужчин двигался Бородин. Мухамбетов и Шилов узнали его сразу. Семибратов только щурил подслеповатые спьяну глаза и все повторял:

– Это что за черт? Кто еще пожаловал?

– Заткнись, Михан! – оборвал его Шилов. – Тут дело серьезное.

– Правильный базар, разумный, – не дойдя до группы мужчин метров пять, проговорил, остановившись, Бородин. Он держал руку в карманах и перекатывался с носка на пятку.

– Что вам нужно? Зачем вы сюда явились? – от имени всех задал вопрос Шилов.

– Гнида, Якимушкин, ты снова нас подставил! – бросил Мухамбетов, но двинуть бывшему партнеру еще раз не решился. Он вообще предпочел с места не сходить.

– Не нужно его ругать, он всего лишь выполнял мое поручение, – миролюбиво произнес Борода.

– С каких это пор Серега у тебя в «шестерках» ходит? – снова спросил Шилов. Раньше у него у одного никогда не было проблем с «бандосами», поэтому и трепетного ужаса перед Бородой он не испытывал.

А вот у Семибратова проблемы были, не зря он предпочел пройти через это испытание в пьяном виде, чтобы сердце не лопнуло от страха. Мухамбетов же от природы был человеком осторожным. Он не спешил с выводами, не спешил и в разговор вступать.

– Ты, я вижу, самый любопытный, – медленно растягивая слова, обратился Борода к Шилову. – Что ж, удовлетворю твое любопытство. Серега у меня в «шестерках» с тех пор, как «замочил» Волкова. Что, удивил? Да брось, каждый из вас знал, что Волкова убили.

– Позвольте, это же был несчастный случай, – начал Шилов, но Борода поморщился и оборвал его:

– Заткнись, интеллигент паршивый! Спектакль играть для ментов будешь.

– Я говорю правду. Я ничего не знал, – повторил Шилов.

– Все вы знали, – покачал головой Борода. – Не хотели знать, но знали.