Дитя прибоя

– Чего это ты про него вдруг вспомнил? – удивился Лёха.

– Да так, на ум вдруг пришло, – пожал Родри широченными плечами. – Вспомнил, какими глазами он на новую машину смотрел.

– А чего ты хотел? Он хоть и император, и образование получил такое, что нам тут всем хором и не снилось, но всё равно мальчишка ещё, – улыбнулся Лёха, припомнив щенячий восторг юноши, когда они неслись на машине по полю. – А по поводу понять… Знаешь, он ведь, несмотря на возраст, очень сообразительный. Да ещё с самых пелёнок знает, что вся эта махина империи на его совести. Так что насчёт «понял» ничего не скажу, а вот то, что запомнил, это точно.

– Ну хоть так, – вздохнул гном.

– Не пыхти, борода, – подбодрил приятеля Лёха. – Изменить отношение людей к чему-то – дело небыстрое. Тут много чего одновременно менять надо. Помнишь, что я тебе про храмы пятерых говорил?

– Это ты про новые постройки? – уточнил Родри. – Помню. И Кержак помнит. Мы с ним несколько дней назад как раз обсуждали, с чего лучше начать.

– И к чему пришли?

– Да вот спорим: с больших городов начать или с маленьких.

– Сказал же, начинайте с тех, что ближе всего к уделу, – фыркнул Лёха. – Тогда проще всего всем объяснить будет, с чего вдруг первородные в жреческие дела полезли. Мимо ехали, увидели и пожалели.

– И не поспоришь… – подумав, развёл руками Родри.

– Вот и не спорь, – усмехнулся Лёха. – Есть вещи, о которых вы тут и не слышали, а в моём мире они каждый день в ходу.

– Уж это я давно понял, – усмехнулся Родри, пыхнув клубами ароматного дыма из трубки.

* * *"

"Вязкую тишину нарушал только стук падающих капель. Где-то там, в глубокой, беспросветной темноте просачивалась вода и, скатываясь по своду потолка, разбивалась о пол, покрытый огромными каменными плитами. Некто в незапамятные времена создал этот коридор и то, чем он заканчивался. Что это было раньше, не знал никто. Но теперь этот коридор стал входом в преддверие чертогов проклятого. Два старых шамана, хранители этого зловещего места, не рисковали проникнуть в его тайны. Любого святотатца, рискнувшего сунуть нос в запретное, постигала ужасная участь.

Вот и сейчас оба старика растерянно топтались у входа в подземелье, не решаясь переступить порог. Ведь хозяин не звал их, а для большого камлания время ещё не наступило. Но равномерный стук капель в коридоре не давал им покоя. Оба шамана отлично понимали, что с ними будет, если священное место зальёт вода. Адепты проклятого не простят. И счастье, если с них просто сдерут шкуры. Проклятый любит боль и ужас, и его служители умеют доставлять своему хозяину удовольствие, пытая жертвы по несколько дней.

Но выяснить, что происходит, было просто необходимо. В противном случае наказания не избежать.