Дитя прибоя

В голосе молодого дракона прозвучало столько боли и обиды, что старый вождь невольно вздрогнул. Потом, удручённо покачав головой, так же тихо сказал:

– Не держи на сердце зла, малыш. Ничего хорошего это не принесёт. Так ты готов?

– Готов, – решительно кивнул Таруг.

– Тогда, начнём, – вздохнул вождь и, высоко вскинув голову, начал читать заклятие, сплетая потоки стихий.

Краем сознания Тсарган уже знал, что всё рассказанное – правда, и готов был огласить своё решение остальным. Но только упрямство и косность сородичей вынудили его так обидеть молодого дракона. Он не заслуживал такого оскорбления, но другого способа убедить упрямых сородичей вождь не видел. Ярко-жёлтое свечение окутало Таруга, и вождь, поддерживая эту связь, погрузился в сознание дракона. Внимательно следившие за его действиями сородичи, дождавшись, когда Тсарган закроет глаза, дружно потребовали, чтобы заклятый дракон рассказал обо всём, что с ним произошло в большом мире.

Раскрыв своё сознание и чувствуя, как к нему прикасаются чужие мысли, Таруг ощущал себя вывернутым наизнанку. Получив приказ, его тело принялось само выполнять его. Выслушав всё сказанное, драконы отправили вождю мысленный посыл, и Тсарган медленно распустил плетение заклятия. Избавившись от заклятия, молодой дракон встряхнулся и с вызовом посмотрел на трёх сородичей, что его допрашивали. Переглянувшись, все трое дружно развернулись к собравшимся и хором произнесли:

– Всё прежде сказанное было правдой.

Притихшие драконы дружно вздохнули. Древние легенды оказались правдивы. Мрачно оглядев сородичей, Тсарган повернулся к обиженно нахохлившемуся дракону и, грустно улыбнувшись, тихо сказал:

– Тебе придётся вернуться в большой мир. Хотел бы я оказаться на твоём месте, но высшие силы решили по-своему. Ты знаешь наши легенды. Помогай ему во всём. Подсказывай, направляй, а главное – всегда держи себя в когтях. Запомни, малыш, злость и обида – плохие советчики.

– Хорошо. Я вернусь, – вздохнул Таруг. – Но я не забуду того, что сегодня случилось.

Распахнув крылья, он полоснул собравшихся драконов презрительным взглядом и, оттолкнувшись, взлетел. Глядя вслед улетающему дракону, Тсарган грустно вздохнул и, покосившись на стоящих рядом сородичей, тихо сказал:

– Боюсь, мы сильно пожалеем, что посмели так унизить его.

– Но почему?

– Он избран. А мы – куча безмозглых глупцов, решивших, что нам дозволено не верить чьим-то словам только потому, что нам этого не хочется.

– Но поверить в воплощение древних легенд так же сложно, как летать в ураган. Недолго и крылья поломать."

"– То, что может произойти, нам не только крылья сломать способно, – вздохнул вождь и, оттолкнувшись от скалы, взмыл в небо.

Вождю нужно было подумать, а думалось ему лучше всего в полёте.