Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле (СИ)

Я считала, что все мы пленники. Неужели он действительно отпустит того, кто захочет уйти? Или это просто уловка, и несчастного пристрелят за первым же поворотом?

— Я уйду! — выкрикнул молодой парень броской наружности.

Он смотрел на Ворона с вызовом, отчего я пробормотала себе под нос:

— Вот дурак, нарвётся же!

Горец лениво махнул рукой, мол, свободен. Тот вышел из толпы, гордо задрав подбородок, после чего развернулся, наклонился к рядом стоящей женщине, поцеловал ее в щеку, а это, скорее всего, была его мать, и направился обратно в поместье, видимо, за вещами.

Женщина всхлипнула, ей было страшно. Развернулась и побежала вслед за ним. Остальные слуги заволновались, я тоже почувствовала волнение. Нет, я не могу стоять и просто на это смотреть, я должна узнать, что происходит на самом деле! Решительно направилась к Ворону и, когда поравнялась с ним, произнесла:

— Где гарантия, что этот молодой человек выйдет отсюда живым?

Горец посмотрел на меня несколько холодно.

— Мое слово — ваша гарантия.

Я нахмурилась.

— Ваше слово не очень надежно…

Он вопросительно вздёрнул бровь.

— Вы так думаете? Ах да, вы же меня ненавидите, презираете и считаете предателем.

— У меня есть все основания так считать, — ответила упрямо.

— Ну, ничем не могу помочь, я человек честный, но если кто-то считает меня преступником, то так тому и быть.

Я поняла, что разговор зашел в тупик. Однако меня удивило, что Ворону, похоже, было не всё равно, что думаю я о нём.

— Поклянитесь, — потребовала я, — поклянитесь, что все слуги, которые захотят уйти, действительно уйдут!

— Клянусь, — с легкостью произнес горец, смотря на меня прищуренными глазами. — Более того, чтобы вы прекратили думать обо мне гадости, каждому из них я выдам по мелкой серебряной монете на первое время.

И действительно, буквально через полчаса более двух десятков слуг стояли у ворот с котомками в руках, и каждому из них Ворон лично вручил драгоценную монету.

— А теперь вы свободны, — произнёс он, и по его приказу горцы открыли ворота.

Слуги, опасно озираясь, вышли за пределы поместья и направились по утоптанной дороге. Вскоре они скрылись за поворотом. Вслед за ними никто не поскакал, хотя мне пришла мысль, что их могла поджидать засада. Однако Ворон поклялся, и всё выглядело совершенно правдоподобно.

Остальные слуги, решившие остаться, после одобрительного кивка нового хозяина разбрелись по своим делам.

Осталось большинство. И хотя на их лицах всё ещё проступал страх, но я видела, что люди надеются на лучший результат. Никто из них не любил Генри. Им было всё равно, кому служить, лишь в их жизни было всё хорошо.