Превращение Карага

 – Но вы знаете, как он ненавидит людей?

– Да, он их не слишком жалует, – согласилась Кристалл, убирая учебники в старую потрёпанную сумку. – Но он такой не один. Многим довелось пережить такое, после чего с людьми не хочется иметь ничего общего.

– Нет, тут другое. Он задумал что-то ужасное. Он много лет к этому готовится, он мне сам сказал.

Лисса посмотрела на меня скептически. Не поверила.

– Он вчера был… невменяемый какой-то, – признался я, как будто это была моя вина.

– Вот как? И о чём же вы говорили? – она энергично захлопнула сумку и строго посмотрела на меня. – Ты его чем-то задел? Что-то не то сказал? Разозлил его чем-нибудь?

Совсем не то!

– Нет, его разозлил не я. Он мне рассказал, что случилось с его семьей. Ужасная история.

– Да, я слышала об этом, – вздохнула директриса. – У тебя есть доказательства, что он замыслил против людей что-то недоброе?

– Нет.

Она пропустила меня вперёд из класса в коридор.

– Тогда, – решительно сказала она, – никому этого больше не рассказывай. Эндрю Миллинг очень могущественный, и свою власть он использует во благо. Если бы он не поддержал нашу школу – что бы от нас осталось? Без его субсидий мы бы не построили западное крыло.

А, ну понятно, благодетель – конечно, Лисса не желает слышать о нём ничего дурного.

– Мой тебе совет: учись у него чему только возможно.

Директриса шагала по коридору широкими шагами, я за ней еле поспевал.

– То, что он рассказал тебе о своей семье, означает, что он тебе доверят. Будь достоин его доверия.

Я остановился, она ушла на два шага вперёд, на четыре, на сто шагов.

У меня внутри как будто затрещала гремучая змея. За обедом мне стало совсем худо. Я молча поглощал фрикадельки с соусом, хотя мне хотелось швырнуть их в стену. Не то чтобы было невкусно – просто мне нужно было выпустить пар. Я так надеялся, что Лисса меня поймёт! А она отругала меня как пошлого сплетника. А если мне никто не поверит, что мне делать?

Угрожает ли Миллинг семье Рэлстонов? Анна и её родные – они хоть и люди, но они не злые. Не ходят на охоту, никого не убили, а история Миллинга шокировала бы их точно так же, как меня.

– Эй, ты чего? Тебе плохо? – забеспокоилась Холли.

Я молча помотал головой и встал с намерением спрятаться куда-нибудь, чтобы меня никто не трогал. Я бы посидел, подумал в тишине. Но Холли вскочила вместе со мной, порывисто обняла меня и прижала к себе. И мне стало лучше.

– Ничего, всё образуется, вот увидишь, – шепнула она мне в ухо. – Всё проходит.

– Хотелось бы.

Нет, Холли не шпионка, готов спорить на свою рыжую щетину. Она меня утешила. Ещё не всё потеряно, ещё есть шанс. Джеймс Бриджер! Да, может, хоть он мне поверит, хоть он поймёт!

На уроке Бриджер, как всегда, рассказывал одну из своих историй.