Дорога домой или Цена престола

— Бри, — повторил спаситель, словно попробовав это имя на вкус, естественно он понял, что это и не имя вовсе, но спорить не стал.

— Сколько? — спросил Гэбриэл и, встретив непонимающий взгляд, уточнил: — Сколько я здесь?

— Неделю. Температура спала только вчера. Ты не приходил в сознание, бредил, звал кого-то, но я так ничего и не разобрал.

— Хорошо, — глаза закрывались сами собой, он облизнул вновь пересохшие губы, и Хортон тут же поднес ему кружку.

— Эк, тебе досталось, — пробормотал он.

Гэбриэл опустил глаза, он был укрыт лоскутным одеялом по самое горло.

— Насколько все плохо? — спросил он.

Хортон пожал плечами.

— Четыре ребра сломаны, левая рука тоже, правое плечо было выбито, но я вставил на место. На боку рваная рана, повезло, кровь остановилась достаточно быстро.

— Ноги?

— Ноги, как ни странно, целы. Кожа ободрана, синяки, ушибы, порезы, но кости целы.

Гэбриэл немного расслабился, ноги целы, значит, он сможет уйти.

Хортон не сводил с него внимательных глаз.

— Парень, как тебя угораздило?

— Упал, — чем меньше этот добрый человек будет знать правды, тем меньше проблем у него будет.

— С Ведьминого Утеса, я так понимаю?

Гэбриэл не знал названия того места, но Ведьмин Утес очень ему подходило.

Он кивнул.

— Это очень высоко, тебе повезло, что ты не разбился.

Гэбриэл хмыкнул:

— А я везучий.

— Что есть, то есть, — улыбнулся Хортон в ответ. — Ты отдыхай, я принесу тебе поесть, тебе нужны силы.

— Стойте, — спаситель собирался выйти, но послушно вернулся. — Меня никто не искал? — он должен был задать этот вопрос, возможно, самый важный.

Хортон нахмурился:

— А должны были?

Значит, нет... Это принесло облегчение.

— Нет, — Гэбриэл покачал головой, насколько это было возможно, — я думаю, нет.

Старик удовлетворенно кивнул и вышел.

Эрилин слушала, разве что не открыв рот.

— Постой, — ахнула она. — Хортон! Ты взял себе родовое имя в его честь?!

Гэбриэл пожал плечами."

"— Ну, не в честь же Сентаса Рея.

— Похоже, этот человек значил для тебя, действительно, очень много, — признала принцесса.

Много ли? Пожалуй, гораздо больше, чем много. Гэбриэл попал к нему пятнадцатилетним мальчишкой, который только что потерял все, что имел и любил. Он не знал, как жить дальше и, тем более, для чего. Он был потерян, он запутался. Помощь Хортона была неоценима...

...Гэбриэл сидел на берегу у самой кромки моря. Ветер трепал волосы, продувал рубаху. Здесь было спокойно.

Недалеко дети играли со щенком. Они пытались искупать его, а щенок делал вид, что сопротивляется, но при этом очень довольно тявкал.

Гэбриэл улыбался, смотря на них. Пусть они были крестьянами и жили в бедности, у них было счастливое детство: семья, друзья, игры, — то, чего никогда не было у него. И все же он чувствовал не зависть, а только грусть.